При этом утешительном предположении миссис Клоппинс вздернула голову и улыбнулась миссис Сандерс, которая тоже поспешила отвечать веселой улыбкой.
«Стало быть, дело уже пущено в ход», — подумал Самуэль.
В эту минуту в комнату вошла миссис Бардль.
— Вот вам расписка и сдача, мистер Уэллер, — сказала миссис Бардль. — Надеюсь, мистер Уэллер, вы, по старому знакомству, останетесь с нами выкушать чайку и закусить, чем бог послал.
Мистер Уэллер согласился, рассчитывая на выгоды, какие можно получить от такого угощения. Миссис Бардль вынула из маленького шкафа черную бутылку и, наливая рюмку для мистера Уэллера, наполнила, по рассеянности, три другие рюмки, стоявшие на столе. Такая рассеянность была, разумеется, естественным следствием постигнувшего ее несчастья.
— Что с вами, миссис Бардль? — вскричала миссис Клоппинс. — Посмотрите, что вы делаете.
— Ну, это хороший признак, — заметила миссис Сандерс.
— Бедная моя головушка! — воскликнула миссис Бардль со слабой улыбкой на устах.
Самуэль прекрасно понимал все эти уловки и потому сказал не обинуясь, что перед ужином он обыкновенно пьет не иначе как вместе с какой-нибудь леди. Последовали остроумные замечания, и миссис Сандерс, подшучивая над молодым человеком, обмочила свои губки в поданной рюмке. Другие дамы, по приглашению Самуэля, тоже не замедлили последовать ее примеру. Затем миссис Клоппинс предложила тост в залог будущих успехов вдовы Бардль против бессовестного старика: леди опорожнили свои рюмки и сделались чрезвычайно разговорчивы.
— Вы, я думаю, слышали, мистер Уэллер, как идет это дело? — спросила миссис Бардль.