— Послушайте, сэр Уэллер, — сказал сержант Бузфуц, обмакивая перо в чернильницу с тем, чтобы запугать Самуэля, который должен был увидеть, что ответы его будут записаны слово в слово, — вы были в коридоре, и, однако ж, говорите, что не видели ничего, что было впереди. Сколько у вас глаз, мистер Уэллер?
— Два только, сэр, два человеческих глаза. Если бы это были микроскопы, увеличивающие предметы во сто миллионов раз, тогда, быть может, я увидел бы что-нибудь через доски, кирпич и штукатурку; но при двух обыкновенных глазах, сэр, зрение мое ограничено, сэр.
Зрители захохотали, вице-президент улыбнулся, сержант Бузфуц сделал преглупейшую мину, Самуэль Уэллер продолжал стоять спокойно, бросая на всех самые светлые взгляды. Последовала кратковременная консультация с господами Додсоном и Фоггом, и потом сержант Бузфуц, подойдя к свидетельской ложе, сказал:
— Ну, мистер Уэллер, я намерен теперь, с вашего позволения, предложить вам вопрос относительно другого пункта.
— Позволяю, сэр, позволяю! Можете спрашивать, сколько угодно, — отвечал Самуэль веселым и добродушным тоном.
— Помните ли вы, мистер Уэллер, как вы приходили в дом миссис Бардль вечером в конце прошлого ноября?
— Помню, сэр, очень хорошо.
— А! Так вы помните это, мистер Уэллер, даже очень хорошо, — сказал сержант Бузфуц, начиная, по-видимому, выходить из своего затруднительного положения. — Теперь авось мы добьемся от вас чего-нибудь.
— Как не добиться, сэр. Добьетесь всего, что вам угодно.
Присяжные переглянулись; зрители захохотали.