— Желаю вам всякого успеха, сэр, — сказал Самуэль, дотрагиваясь до своей шляпы. — Я бы с величайшим удовольствием готов был ехать с вами, сэр; но ведь, извольте сами рассудить, старшина без меня совсем пропадет.
— Да, да, вы очень хорошо сделали, что остались здесь, — сказал мистер Винкель.
И с этими словами пикквикисты окончательно скрылись из глаз великого человека.
— Странно, очень странно, — сказал Пикквик, возвращаясь назад в свою комнату и усаживаясь в задумчивой позе на софе перед круглым столом. — Что бы такое могло быть на уме у этого молодого человека?
И он сидел в этом положении до той поры, пока, наконец, не раздался за дверью голос Рокера, тюремщика, который спрашивал, можно ли ему войти.
— Прошу покорно, — сказал мистер Пикквик.
— Я принес вам, сэр, новую мягкую подушку вместо старого изголовья, на котором вы изволили почивать прошлую ночь, — сказал мистер Рокер.
— Благодарю вас, благодарю, — отвечал мистер Пикквик. — Не угодно ли рюмку вина?
— Вы очень добры, сэр, — сказал мистер Рокер, принимая поданную рюмку. — Ваше здоровье, сэр!
— Покорно вас благодарю, — сказал мистер Пикквик.