Самуэль бросил, вместо ответа, комический взгляд. Старый джентльмен между тем, снова вооружившись кочергой, ударил со всего размаха по углям, как будто он собирался поразить ненавистную голову какой-нибудь вдовы.
— Я чувствую, Сэмми, что одно мое спасение — на козлах, — заметил старец.
— Это отчего?
— Да оттого, друг мой, что кучер может знакомиться с тысячами женщин на расстоянии двадцати тысяч миль и при всем том никто не имеет права думать, что он намерен жениться на которой-нибудь из них.
— Да, тут есть частица правды, — заметил Самуэль.
— Если бы, примером сказать, старшина твой был кучером или извозчиком, думаешь ли ты, что на суде присяжных произнесли бы против него этот страшный приговор? Нет, друг мой, плоха тут шутка с нашим братом. Присяжные непременно обвинили бы бессовестную вдову.
— Ты уверен в этом?
— Еще бы!
С этими словами мистер Уэллер набил новую трубку табаку и после глубокомысленного молчания продолжал свою речь в таком тоне:
— И вот, друг мой, чтобы не попасть впросак и не потерять привилегий, присвоенных моему званию, я хочу покинуть это место раз и навсегда, жить себе на ямских дворах, в своей собственной стихии.