-- Какъ вы вздрогнули, мой милый!
-- Еще бы, она стала женщиной, красивой, умной женщиной! Я вѣдь зналъ, что это мое дитя, не то я бы не узналъ Софи, когда она спокойно остановилась у двери.
-- Вы смутились,-- замѣтилъ джентльменъ ласково.
-- Я вижу,--отвѣтилъ я,-- что я просто неотесанный болванъ въ жилетѣ съ рукавами.
-- А я вижу,-- возразилъ онъ,-- что вы подняли ее изъ нищеты и униженія и научили ее разговаривать съ ей подобными. Но почему мы говоримъ между собою, когда намъ возможно разговаривать съ нею? Поговорите съ нею по вашему.
-- Я такой неотесанный мужикъ, сэръ,-- сказалъ я,-- а она такая красивая дѣвушка и такъ спокойно стоитъ у двери.
-- Посмотрите, не двинется ли она по вашему старому знаку.
Они вмѣстѣ задумали, задумали этотъ добрый знакъ, Софи бросилась къ моимъ ногамъ на колѣни, протянула ко мнѣ руки, а изъ ея глазъ такъ и полились радостныя, любовныя слезы. Я взялъ ее за руки, поднялъ ее. Софи обняла меня за шею и прильнула къ моей груди. Я ужъ не помню, какъ я безумствовалъ; наконецъ, мы всѣ заговорили беззвучно. Казалось, что-то нѣжное, чудное разлилось во всемъ мірѣ для насъ.
Теперь вотъ что: я вамъ предложу весь этотъ сложный приборъ, книгу Софи; никто не читалъ ее, кромѣ моей пріемной дочки, и я исправилъ и дополнилъ мое сочиненіе, когда она прочла его. Въ книгѣ сорокъ восемь напечатанныхъ страницъ, девяносто шесть столбцовъ -- это работа Уайтинга, изъ фирмы Бофорювъ; она напечатана въ паровой типографіи на бумагѣ лучшаго сорта; у нея великолѣпный зеленый переплетъ. Книга выглажена, какъ чистое бѣлье, только-что принесенное отъ прачки, и сшита такъ хорошо, что, съ точки зрѣнія рукодѣлія, лучше, нежели образчики бѣлошвеекъ, выставляемые на городской экзаменъ, на право умереть съ голоду; а сколько я спрашиваю за этотъ товаръ -- восемь фунтовъ? Не такъ много! Шесть? Меньше! Четыре фунта? Врядъ ли вы мнѣ повѣрите, но это именно моя цѣна -- одна сшивка стоила половину этого. Здѣсь сорокъ восемь оригинальныхъ страницъ, девяносто шесть оригинальныхъ столбцовъ -- все за четыре фунта! Вы желаете получить больше за четыре фунта? Ну, хорошо! Въ книгѣ цѣлыхъ три страницы объявленій, самыхъ интересныхъ -- они прибавлены безплатно. Прочтите ихъ и повѣрьте имъ.-- Желаю вамъ Рождества и счастливаго Новаго года, долгой жизни и благоденствія! Мои пожеланія стоили бы двадцать фунтовъ, если бы исполнились съ томъ размѣрѣ, въ которомъ я ихъ посылаю вамъ. Помните тутъ и заключительное докторское предписаніе: "Принимать всю жизнь"; изъ него вы увидите, гдѣ остановилась, наконецъ, фура и гдѣ окончились ея странствія. Вы все еще думаете, что четыре фунта дорого? Все еще? Я вамъ скажу кое-что! Скажемъ четыре пенса, но не болтайте объ этомъ!