Знаетъ ли хоть одинъ человѣкъ, кто даетъ названія улицамъ, кто придумываетъ изреченія для бумажныхъ хлопушекъ? Во всякомъ случаѣ я не завидую умственнымъ способностямъ этихъ изобрѣтателей и полагаю, что они занимаются переводами произведеній иностранныхъ авторовъ. Знаетъ ли кто-нибудь, кто вводитъ новыя блюда, на кого должна пасть отвѣтственность за появленіе. различныхъ новыхъ словъ? Знаетъ ли кто-нибудь, чья сила заставляетъ насъ вѣчно говорить о братствѣ и движеніи впередъ?.. Знаетъ ли кто-нибудь мудреца, къ которому обращаются парфюмеры, прося придумать названіе особеннаго бритвеннаго мыла или эликсира для волосъ? Извѣстно ли хоть одному непосвященному, откуда въ промышленности являются названіе вродѣ: Rypopliagon, Euxcsis, Depilatory, Bastakeïson. Знаетъ ли хоть одна человѣческая душа, кто придумываетъ загадки? На послѣдній вопросъ, только на послѣдній, я отвѣчаю:-- я знаю.
Довольно давно (я не считаю нужнымъ говорить, что это было въ нашемъ столѣтіи) я быль маленькимъ мальчикомъ, остроумнымъ маленькимъ мальчикомъ, хотя и очень худымъ. Впрочемъ, эти два качества часто идутъ рука объ руку. Я умолчу о томъ, сколько мнѣ было лѣтъ, замѣтивъ только, что я посѣщалъ тогда школу недалеко отъ Лондона и находился въ томъ возрастѣ, когда мальчики обыкновенно носятъ (вѣрнѣе носили) жакетки и брыжжи. Я глубоко и всей душой любилъ загадки. Я предавался сверхъ мѣры изученію этихъ проблемъ и до крайности прилежно собиралъ ихъ. Въ то время многія періодическія изданія задавали загадку въ одномъ номерѣ, а отвѣтъ на нее печатали въ слѣдующемъ. Промежутокъ въ семь дней и семь ночей лежалъ между появленіемъ вопроса и отвѣтомъ. Какіе семь дней переживалъ я бывало! Я искалъ рѣшенія загадки въ свободные часы (немудрено, что я былъ худъ) и иногда (съ гордостью вспоминаю объ этомъ) разгадывалъ загадку раньше появленія оффиціальнаго отвѣта.
Когда мое дѣтство вступило въ періодъ самой большей худобы тѣла и остроумія ума, появился новый родъ головоломныхъ задачъ; онѣ смущали меня болѣе, нежели шарады или загадки, состоявшія изъ словъ. Я говорю о загадкахъ, которыя можно было бы назвать символическими загадками, кажется, онѣ называются ребусами. Это маленькія неопрятныя картинки, изображающія всевозможные предметы, перемѣшанные въ страшномъ безпорядкѣ. Иногда въ нихъ попадаются буквы азбуки и даже обрывки словъ, что только усиливаетъ впечатлѣніе хаоса. Напримѣръ, въ субботу появляется: купидонъ, пускающій изъ лука перо; рашперъ, буква "х", музыкальный тактъ, "р" и "g" и будка; за картинкой слѣдуетъ объявленіе, въ которомъ говорится, что черезъ недѣлю въ субботу будетъ напечатано объясненіе таинственнаго и ужаснаго хаоса образовъ. Объясненіе является; но рядомъ съ нимъ и новая загадка, еще труднѣе предыдущей; на картинкѣ изображена клѣтка, заходящее солнце, слово "рѣзать", колыбель и животное, названіе котораго затруднился бы опредѣлить самъ Бюффонъ.
Мнѣ не везло относительно этихъ задачъ, я рѣшилъ въ жизни только одну изъ нихъ. Плохо угадывалъ я и поэтическія шарады, часто нѣсколько натянутыя, какъ, напримѣръ:
"Мое первое боа констрикторъ,
А второе римскій ликторъ,
Мое третье деканъ,
Все жь -- животное на пальцахъ".
Такія трудности бывали не по моимъ умственнымъ силамъ.
Разъ въ одномъ журналѣ я увидалъ ребусъ, исполненный лучше, нежели всѣ тѣ, которые я видалъ раньше. Онъ страшно заинтересовалъ меня.