-- Джонъ, продолжала моя сестра, если уже мы съ тобой положили себѣ разъ навсегда, что ни за что на свѣтѣ не выѣдемъ изъ этого дома, то мы должны обходиться сами собою и все хозяйство взять на свое попеченіе.
-- Но слуги... возразилъ я.
-- Мы не будемъ держать слугъ, отвѣчала она съ неустрашимостью.
Подобно многимъ другимъ представителямъ моего сословія, я ни разу не подумалъ о возможности обойтись безъ этихъ стѣснительныхъ сожителей. Мысль, поданная мнѣ, была такъ нова, что я могъ только выразить на лицѣ своемъ крайнее недоумѣніе.
-- Вѣдь мы очень хорошо знаемъ, продолжала сестра, что поступая къ намъ, они настроены ко всевозможнымъ ужасамъ, и готовы заразить ими другъ друга. И точно, они пугаются и передаютъ свой испугъ другимъ...
-- За исключеніемъ Ботльса, замѣтилъ я въ раздумьи (такъ звали глухаго конюха. Я держалъ, его у себя въ услуженія у по сю пору держу за его феноменальную угрюмость, равную которой вы не найдете въ цѣлой Англіи.)
-- Твоя правда, Джонъ, подтвердила моя сестра: -- за исключеніемъ Ботльса. И что же этимъ доказывается? Ботльсъ ни съ кѣмъ не говоритъ и слышитъ только то, что ему кричатъ надъ самимъ ухомъ; за то бывали ли примѣры, чтобы Ботльсъ поддался чужому испугу или самъ поднималъ тревогу? Ни разу.
Это была сущая правда. Индивидуумъ, о которомъ шелъ разговоръ, каждый вечеръ въ десять часовъ удалялся въ каретный сарай, гдѣ помѣщалось его логовище, и при этомъ ничего не бралъ съ собою кромѣ вилъ и ведра воды. Ни на одну изъ тревогъ, то и дѣло поднимавшихся у насъ, Ботльсъ не обращалъ ни малѣйшаго вниманія. Сидитъ бывало за ужиномъ, рядомъ Стрикеръ лежитъ въ обморокѣ и "чудная дѣвка" являетъ изъ себя подобіе каменной статуи, а онъ какъ ни въ чемъ не бывало -- набираетъ полонъ рогъ картофелю или же, обращая въ свою пользу общее бѣдствіе, лакомится пирогомъ съ говяжьей начинкой.
-- И такъ, продолжала сестра, Ботльса я исключаю. Но, Джонъ, такъ какъ домъ слишкомъ великъ и, отчасти, стоитъ слишкомъ уединенно, чтобы мы могли съ нимъ управиться втроемъ,-- то я вотъ что предлагаю: поищемъ между нашими добрыми знакомыми, выберемъ нѣсколько человѣкъ надежныхъ и сговорчивыхъ и пригласимъ ихъ съѣхаться къ намъ мѣсяца на три и составить общество взаимнаго услуженія. Намъ всѣмъ вмѣстѣ будетъ весело, а тамъ увидимъ, что изъ этого выйдетъ.
Предложеніе сестры привело меня въ такое восхищеніе, что я тутъ же расцѣловалъ ее и принялся дѣятельно хлопотать объ осуществленіи ея плана.