И здѣсь, въ верхнемъ этажѣ этого печальнаго зданія, жила втеченіе двухъ долгихъ лѣтъ, Бесси Симкоксъ. Въ назначенные періоды, она видѣлась съ родными, и потомъ возвращалась въ свое заточеніе. Она разрѣзывала мясо и баранину для голодныхъ конторщиковъ, чинила ихъ бѣлье, выдавала свѣчи и разсчитывала прачекъ. Старинная, весьма старинная сказка о Красавицѣ и Звѣрѣ повторилась въ дѣйствительности въ переулкѣ Урсайнъ. Въ этой мрачной и унылой темницѣ, изъ Бесси образовалась красавица; -- а Звѣрь по прежнему былъ звѣремъ. Красавица не обитала въ волшебномъ дворцѣ; ее не окружали ни розовые кусты, ни сады, наполненные благоуханіемъ; за столомъ ей не прислуживали невидимыя руки. Ее окружала грубая, суровая дѣйствительность. Она имѣла дѣло съ повелительнымъ, угрюмымъ, жестокосердымъ господиномъ. Всѣ это знали. Бесси обходилась съ нимъ, какъ обходилась со всякимъ. Она переносила его грубости кротко, нѣжно, терпѣливо. Она старалась пріобрѣсть его расположеніе, его уваженіе. Она пріобрѣла и то и другое, и сверхъ того пріобрѣла его любовь.
Да, его любовь! Не пугайтесь, однакожъ: Звѣрь никогда не превращался въ принца Азора. Онъ никогда не лежалъ въ розовыхъ кустахъ, умирая отъ любви, и грозя умереть, если красавица не выдетъ за него замужъ. Но черезъ два года,-- когда условіе ихъ кончилось, и когда выполненіе условія доставило ему и время и возможность узнать Бесси лучше,-- онъ упрашивалъ Бесси оставаться при немъ въ прежнемъ качествѣ, предлагая ей щедрое вознагражденіе и полную свободу относительно сношеній съ родными. Бесси осталась. Она прожила два года, прожила три года; живетъ и теперь тамъ: -- посмотрите сами, если не вѣрите.
Живетъ и теперь, только не одна. Случилось такъ, что Вильямъ Браддльскроггсъ младшій, юноша съ голубыми глазами и русыми волосами, сдѣлался высокимъ и статнымъ молодымъ человѣкомъ и страстно влюбился въ хорошенькую ключницу. Случилось такъ, что его отецъ, вмѣсто того, чтобъ уничтожитъ его съ-разу, или, въ припадкѣ звѣрскаго бѣшенства, съѣсть его живымъ, назвалъ его благоразумнымъ малымъ, и просилъ Бесси не отвергать любви молодаго человѣка. Такимъ образомъ, красавица вышла замужъ. Не за Звѣря, но за Звѣрева сына. Красавица, и Вильямъ, и Звѣрь переѣхали въ миленькій загородный домъ близь Лондона, и живутъ тамъ по сей день: -- пожалуй, посмотрите сами, если не вѣрите.
Звѣрь пересталъ быть звѣремъ. Теперь всякій скажетъ, что онъ уже больше не звѣрь; -- нѣкоторые даже сомнѣваются въ томъ, былъ ли онъ когда нибудь звѣремъ. Онъ по прежнему ведетъ свои дѣла (въ товариществѣ съ сыномъ) въ переулкѣ Урсайнъ. Грубая оболочка его сердца и грубое вещество, заключавшееся въ этой оболочкѣ, уничтожились, и теперь старикъ Браддльскроггсъ считается между своими подчиненными добрымъ и любезнымъ старикомъ. Онъ тайно помогалъ бѣднымъ, даже въ свои самыя звѣрскія времена; и вы, пожалуйста, не вѣрьте (вѣдь Браддльскроггсъ говорилъ иногда вздоръ, и онъ зналъ это), что старая ключница, когда сдѣлалась слѣпа, то была отправлена въ богадѣльню, что старому Джону Симкоксу не выдавалось количества денегъ, достаточнаго на то, чтобъ сидѣть вечеромъ у "Адмирала Бенбоу", покуривая трубку и попивая эль, или что двѣ сестрицы, миссъ Симкоксъ, при выходѣ замужъ (послѣ сверхъестественныхъ усилій) были оставлены совершенно безъ приданаго. Нѣтъ! Звѣрь вспомнилъ всѣхъ, и былъ ко всѣмъ великодушенъ.
" Современникъ", No 1, 1857
< Переводъ В. В. Бутузова >