Она поставила на столъ корзинку, и остановилась передъ кушеткой, какъ-будто ожидая, что къ ней протянутъ руку; но студентъ не перемcнилъ своей позы и не пошевелился. Немного изумленная этимъ хладнокровіемъ, она подошла къ изголовью своего паціента, и ласково, дотронулась до его чела.
-- Какъ вы провели, мистеръ Эдмондъ, нынcшній день? кажется вамъ получше: ваша голова не такъ холодна.
-- Право? скажите пожалуйста, безъ васъ я бы этого и не зналъ.
Черты ея лица выразили изумленіе, но не упрекъ, когда она перешла на другую сторону стола и вынула изъ корзинки свою работу, которую, однакожь, немного погодя, положила опять на свое мcсто, и принялась убирать комнату. Она привела всc вещи въ стройный порядокъ, и даже поправила подушки на кушеткc, чего по-видимому вовсе не замcчалъ студентъ, неподвижно смотрcвшій на огонь. Окончивъ всc эти распоряженія безъ малcйшаго шума, мистриссъ Вилльямъ въ своей скромной шляпкc вновь подошла къ столу и сcла за работу.
-- Мнc надобно, мистеръ Эдмондъ, поскорcе окончить эту муслиновую занавcсъ для вашего окна, сказала мистриссъ Вилльямъ, не сводя глазъ съ своей работы: -- Занавcсъ чистенькая и красивая, хотя не дорогая: ваши глаза будутъ защищены отъ яркаго свcта. Мужъ мой говоритъ, что даже теперь, когда здоровье ваше поправляется, вамъ надо беречься свcта, иначе вы будете чувствовать головокруженіе.
Вмcсто отвcта студентъ сдcлалъ нетерпcливый и наглый жестъ, сопровождавшійся дерзкимъ взглядомъ. Мистриссъ Вилльямъ пріостановилась и съ безпокойствомъ посмотрcла на своего паціента.
-- Вамъ, кажется, неловко, мистеръ Эдмондъ, сказала она, положивъ работу и вставая съ мcста:-- Позвольте, я поправлю ваши подушки.
-- Мнc очень-ловко, мистриссъ Вилльямъ, отвcчалъ студентъ: -- Не суетитесь, пожалуйста, подушки васъ не трогаютъ.
При этомъ онъ приподнялъ голову и взглянулъ на свою гостью такъ нагло и съ такою неблагодарностію, что она остолбенcла. Простоявъ безъ движенія нcсколько минутъ, мистриссъ Вилльямъ заняла опять свое мcсто и принялась за работу, не обнаруживая ни малcйшаго негодованія ни взоромъ, ни словами.
-- Я думаю о томъ, мистеръ Эдмондъ, сказала она:-- о чемъ вы такъ часто разсуждали, когда я сидcла здcсь по вечерамъ. Несчастье, говорили вы, самый лучшій наставникъ въ жизни. Послc этой болcзни, здоровье будетъ вамъ казаться драгоцcннымъ благодcяніемъ неба, и почему знать?.. пріидетъ можетъ-быть пора, когда вы съ удовольствіемъ будете припоминать несчастные дни, проведенные въ этомъ бcдномъ пріютc, вдали отъ своихъ друзей и родственниковъ. Вотъ уже по одному этому я готова согласиться съ вами, что несчастіе самый лучшій наставникъ въ человcческой жизни.