Ошеломленный этими привcтствіями, Редло машинально вошелъ въ комнату. Тамъ лежалъ человcкъ на соломенномъ тюфякc, и Вилльямъ Суиджеръ стоялъ подлc его постели.
-- Слишкомъ-поздно! бормоталъ старикъ, устремивъ на химика пристальный взглядъ, и при этомъ слезы ручьями лились по его щекамъ.
-- Вотъ и я говорю то же, почтенный мой родитель, перебилъ Вилльямъ Суиджеръ:-- Дcла ужь слишкомъ-далеко зашли впередъ. Надо лишь наблюдать тишину, пока онъ спитъ или дремлетъ, и больше ничего. Ваша правда, батюшка.
Редло остановился подлc постели, и обратилъ глаза на фигуру, распростертую на матрацc. То былъ мужчина, едва пережившій половину своего вcка; но по всему видно было, что солнце не прольетъ больше своего свcта на эти изможденные члены. Смерть уже положила свою печать на его исковерканное лицо, и развратъ, заклеймившій его жизненную каррьеру, долженъ былъ прекратить её въ сорокъ или пятьдесятъ лcтъ. Старикъ, стоявшій подлc его кровати, могъ быть названъ въ-сравненіи съ нимъ мужемъ, исполненнымъ красоты и силы.
-- Кто это? спросилъ химикъ, осматриваясь кругомъ.
-- Сынъ мой, Жоржъ, мистеръ Редло, отвcчалъ старикъ, ломая свои руки: -- старшій сынъ мой Жоржъ, гордость и отрада покойной матери, которая любила его больше всcхъ другихъ дcтей.
И старикъ склонилъ свою сcдую голову на болcзненный одръ, гдc лежалъ его первенецъ-сынъ. Теперь мистеръ Редло обратилъ свои глаза на незнакомца, который угадалъ его при входc, и по-сю-пору держался въ сторонc, въ отдаленномъ углу комнаты. Это, казалось, былъ мужчина однихъ съ нимъ лcтъ, закаленный, такъ же какъ и онъ, въ безсильной борьбc съ жизнью; въ его осанкc было что-то особенно-загадочное, нисколько не похожее на обыкновенныя манеры человcка.
-- Вилльямъ, сказалъ мистеръ Редло, когда незнакомецъ повернулся къ нему спиною и вышелъ въ дверь: -- Вилльямъ, что это за человcкъ?
-- Человcкъ-то онъ человcкъ, сударь, тутъ и спорить нкчего, отвcчалъ Вилльямъ Суиджеръ: -- да только что толку въ этомъ человcкc, если онъ игралъ, моталъ, проигрывалъ, сорилъ и падалъ всё ниже-и-ниже до самаго н е льзя. Мое дcло темное, сударь, и вы знаете, конечно, лучше меня всc эти штуки.
-- Онъ игрокъ?