-- Знаете ли вы меня? спросилъ химикъ.
-- Я былъ бы очень-радъ дать вамъ отрицательный отвcтъ, сказалъ незнакомецъ: но, къ-несчастію, я слишкомъ-хорошо васъ знаю.
Напрасно химикъ отъискивалъ въ своей головc какихъ-нибудь смутныхъ воспоминаній: ни одинъ лучь свcта не западалъ въ его отуманенный мозгъ. Онъ стоялъ, не отрывая глазъ отъ незнакомца до-тcхъ-поръ, пока мистриссъ Вилльямъ, занявъ свое прежнее мcсто, не успcла обратить на себя его взоры.
-- Смотрите, какъ онъ жалокъ, какъ убитъ! говорила она, протягивая къ нему свою руку:-- кто бы могъ, смотря на васъ, вообразить, что это былъ нcкогда вашъ другъ, котораго вы любили отъ всей души?
Мистеръ Редло задрожалъ.
-- Но если бы возобновились въ вашей душc стародавнія воспоминанія, думаете ли, вы мистеръ Редло, что ваше сердце исполнилось бы состраданіемъ при взглядc на этого человcка, который былъ нcкогда соединенъ съ вами узами тcсной дружбы?
-- Надcюсь. Я даже увcренъ въ этомъ, сказалъ химикъ.
-- Я не училась ничему, мистеръ Редло, тогда-какъ вамъ извcстны всякія тайны науки. Я не привыкла думать, между-тcмъ какъ вы мыслите всегда. Однакожь, хотите ли я скажу, отчего намъ пріятно вспоминать объ оскорбленіяхъ, нами понесенныхъ?
-- Скажите.
-- Оттого, что мы можемъ прощать ихъ.