Полковникъ добродушно усмѣхнулся, взглянувъ на мрачную физіономію Колля.
-- И вы начинаете съ того, что спасли мнѣ жизнъ? спросилъ онъ.-- Полно! Я солдатъ и знаю, какъ встрѣчаютъ враговъ; но теперь я скорѣе встрѣтилъ друга, и не буду покоенъ, пока вы не отвѣдаете моего хлѣба и соли. Сегодня у насъ веселье по случаю рожденія моей дочери. Войдите и повеселитесь вмѣстѣ съ нами.
Коллъ-Дью какъ-то упорно смотрѣлъ въ землю.
-- Я сказалъ вамъ, отвѣтилъ онъ, кто я такой, и не намѣренъ переступать вашего порога.
Но въ эту минуту окно открылось и изъ-за цвѣтовъ, которыми оно было уставлено, показалось видѣніе, отъ котораго слова Колля замерли на языкѣ. Стройная дѣвушка, въ бѣломъ атласѣ, появилась въ рамкѣ плюща, обвивавшаго окно, и полоса свѣта, вырвавшаяся изъ дома, освѣтила ея роскошпую фигуру. Лицо ея было блѣдно какъ платье, на глазахъ блестѣли слезы, но улыбка появилась на устахъ, когда она протянула обѣ руки къ отцу. Свѣтъ позади скользнулъ по блестящимъ складкамъ ея платья,-- великолѣпному жемчугу вокругъ ея шеи -- вѣнку изъ пунцовыхъ розъ, положенному сзади на заплетенныя косы.
Эвлина Блэкъ не принадлежала къ числу нервныхъ плаксивыхъ барышенъ. Нѣсколько поспѣшныхъ словъ:
-- Слава Богу, вы невредимы и цѣлы; остальная компанія уже съ часъ какъ вернулась,-- и сильное пожатіе руки отца ея маленькими, залитыми драгоцѣнными камнями ручками были единственными выраженіями смущенія, отъ котораго она едва успѣла оправиться.
-- Право, моя милая, я обязанъ моей жизнью великодушію этого джентльмена! весело сказалъ полковникъ.-- Упроси его войти и быть нашимъ гостемъ, Эвлина. Онъ хочетъ вернуться въ свои горы и снова скрыться въ туманѣ, гдѣ съ нимъ встрѣтился, или скорѣе гдѣ онъ нашелъ меня! Да, милостивый государь (обращаясь къ Коллю), вамъ придется сдаться этой очаровательной осаждающей.
Послѣдовала рекомендація.
-- Колль-Дью, чуть слышно повторила Эвлина Блэкъ, уже наслышавшаяся разсказовъ о немъ; но не смотря на это, она отъ всей души приглашала спасителя своего отца воспользоваться гостепріимствомъ ихъ дома.