Между этимъ человѣкомъ и Джорджемъ Идъ существовала непреодолимая ненависть. Джорджъ пренебрегалъ и въ тоже время ненавидѣлъ Джиббса. Джиббсъ въ равной мѣрѣ и завидовалъ и ненавидѣлъ болѣе счастливаго фермера, который былъ любимъ тамъ, гдѣ Джиббсъ встрѣчалъ одну холодность.
Сердце Сюзанъ въ самомъ дѣлѣ исключительно принадлежало Джорджу, и только тогда, когда ея здоровье снова стало разстроиваться, ея отецъ, подъ вліяніемъ страха, согласился на ихъ бракъ. Мистеръ Малькомсонъ, узнавъ объ этомъ, немедленно увеличилъ жалованье молодаго человѣка и обѣщалъ исправить для него одинъ изъ своихъ собственныхъ коттэджей, не далеко отъ дома Симона Ида.
Когда извѣстіе о предстоящей свадьбѣ дошло до слуха Джиббса, его ревность не знала предѣловъ. Онъ бросился на ферму Плашетсъ, и запершись съ мистеромъ Арчеромъ, сдѣлалъ блестящее предложеніе посмертнаго обезпеченія Сюзанъ, если она согласится отказать своему жениху и выйти за него. Но ему удалось только привести въ отчаяніе дѣвушку и разшевелить алчность въ ея родителѣ. Послѣдній, правда, охотно бы уступилъ его желаніямъ, но онъ уже далъ торжественное обѣщаніе Джорджу, и Сюзанъ не дозволила бы нарушить его. Но только что Джиббсъ удалился, какъ старикъ началъ громко оплакивать то, что онъ называлъ ея самопожертвованіемъ; въ это самое время вошелъ старшій братъ Сюзанъ и вмѣстѣ съ отцомъ сталъ упрекать ее за уклоненіе отъ такой выгодной будущности. Сюзанъ была слабое созданіе, легко поддававшееся чужимъ убѣжденіямъ. Жестокія слова отца и брата поразили ее до глубины сердца; она вышла на встрѣчу своему возлюбленному съ унылымъ духомъ и красными распухшими глазами. Джорджъ, изумленный ея видомъ, съ негодованіемъ выслушалъ ея взволнованную исповѣдь.
-- Имѣть карету, вотъ оно что! воскликнулъ Джорджъ съ улыбкой пренебреженія.-- Неужели же твой отецъ одноконную коляску цѣнитъ выше такой любви, какъ моя? И еще если бы былъ человѣкъ!-- а то вѣдь это Джиббсъ! Да я бы не довѣрилъ ему своей собаки.
-- Отецъ смотритъ на это совсѣмъ иначе, говорила дѣвушка сквозь слезы.-- Онъ говоритъ, что изъ него выйдетъ весьма хорошій мужъ, лишь только мы обвѣнчаемся, что я буду тогда лэди, буду прекрасно одѣваться и имѣть прислугу! Всему этому отецъ придаетъ большое значеніе!
-- Оно и видно; но не соглашайся съ нимъ, Сюзанъ, моя милая! Не въ богатствѣ и дорогой одеждѣ состоитъ людское счастіе -- нѣтъ, его нужно искать въ болѣе лучшихъ и прочныхъ вещахъ! Вотъ взгляни сюда, моя милая... Онъ вдругъ остановился и посмотрѣлъ ей въ лицо, съ сильнымъ душевнымъ волненіемъ.-- Я люблю тебя такъ искренно, что, если бы только могъ подумать... могъ подумать, что для тебя было бы лучше выйти замужъ за этого человѣка... если бы я могъ помыслить, что ты будешь счастливѣе съ нимъ, нежели со мной, я... я бы уступилъ тебя, Сюзанъ! Да... и навсегда бы удалился отъ тебя! Повѣрь, я сдѣлалъ бы это!
Джорджъ замолчалъ, и поднявъ свою руку съ жестомъ придававшимъ какую-то торжественность его словамъ, еще разъ повторилъ:-- Да, я бы сдѣлалъ это! Но я знаю, ты не была бы счастлива за Джофри Джиббсомъ. Напротивъ, ты была бы несчастлива,-- и быть можетъ, тебѣ бы пришлось переносить тяжкія обиды. Этотъ человѣкъ не способенъ доставить счастіе какой бы то ни было женщинѣ,-- я въ этомъ также увѣренъ, какъ и въ томъ, что стою вотъ на этомъ мѣстѣ. У него дурное сердце -- онъ жестокій человѣкъ. А я!-- что я побѣщаю, то и исполню.-- Постой, не торопись! Я стану трудиться для тебя, буду работать для тебя, буду... постоянно и искренно любить тебя!
Говоря это, онъ притянулъ ее къ себѣ, и Сюзанъ, успокоенная его словами, съ любовью прильнула къ нему. Они шли такимъ образомъ нѣсколько времени молча.
-- И вотъ еще что, моя милочка, сказалъ онъ, прерывая молчаніе:-- во мнѣ есть увѣренность, есть убѣжденіе, что если бы мы обвѣнчались и ты сдѣлалась бы моею -- безвозвратно, такъ что никто не могъ бы разлучить насъ,-- я бы успѣлъ въ жизни; кто знаетъ, можетъ быть, тебѣ и придется ѣздить въ собственной каретѣ. Другимъ вѣдь это часто удается, когда они серьезно примутся за дѣло.
Сюзанъ посмотрѣла на него съ любовію. Она уважала его за его силу, потому, что сознавала свое собственное безсиліе.