-- Мнѣ не надо кареты, пробормотала она:-- мнѣ не нужно, Джоржъ, ничего, кромѣ тебя. Вѣдь не я желаю этихъ измѣненій,-- ты знаешь,-- отецъ...
Въ это время взошла луна, прекрасная сентябрьская луна, почти полная, и освѣтила любовниковъ, возвращавшихся къ дому Сюзанъ чрезъ Соутангерскій лѣсъ,-- какъ былъ торжественъ и очарователенъ этотъ лѣсъ въ настоящія минуты! Прежде, чѣмъ они дошли до воротъ Плашетской формы, миленькое личико Сюзанъ снова прояснилось и улыбалось; они рѣшили между собою, что въ избѣжаніе повторенія домогательствъ со стороны Джиббса и непріятныхъ сценъ съ отцомъ, Сюзанъ должна отправиться къ своей теткѣ, Миссъ Джэнъ Арчеръ, въ Ормистонъ, на двѣ недѣли изъ остававшихся трехъ до ихъ свадьбы.
Сюзанъ послѣдовала этому совѣту, а Джорджъ воспользовался ея отсутствіемъ, чтобы съѣздить на аукціонную продажу въ противоположной части округа, гдѣ надѣялся купить нѣсколько необходимой мебели для ихъ новаго жилища. Ему разрѣшено было продлить свое отсутствіе у одного пріятеля до возвращенія Сюзанъ. Въ этотъ промежутокъ времени ему было пріятнѣе находиться внѣ родительскаго дома потому собственно, что чѣмъ болѣе сближался срокъ свадьбы, тѣмъ, по видимому, меньше нравилась эта свадьба его матери; она утверждала, что нельзя ожидать ничего добраго отъ брака съ дѣвушкой, которая привыкла, чтобы за ней ухаживали и льстили,-- что изъ нея не выйдетъ хорошей хозяйки для простаго, работящаго человѣка. Эти замѣчанія, тѣмъ болѣе горькія для любовника, что не совсѣмъ были лишены основанія, служили поводомъ къ неоднократнымъ спорамъ между Джорджемъ и матерью, спорамъ, которые далеко не клонились къ уменьшенію полусознательнаго нерасположенія, какое эта добрая женщина питала къ своей будущей невѣсткѣ.
По возвращеніи домой изъ двухнедѣльнаго отпуска, Джорджъ, вмѣсто ожидаемаго письма отъ невѣсты, возвѣщавшаго о ея прибытіи въ Плашетсъ, нашелъ другое письмо, которое было адресовано на его имя незнакомою рукою и содержало въ себѣ слѣдующія слова:
"Джорджъ Идъ, васъ хотятъ обмануть. Присматривайте за Дж. Дж.
"Доброжелатель".
Поставленный въ недоумѣніе такимъ таинственнымъ извѣщеніемъ, Джорджъ, еще къ большей досадѣ своей, узналъ, что Джиббсъ уѣхалъ изъ Кумпера на другой же день послѣ его собственнаго отъѣзда, и еще не возвращался. Это обстоятельство крайне его изумило, тѣмъ болѣе, что Сюзанъ, не дальше недѣли тому назадъ, прислала ему письмо до того переполненное нѣжными выраженіями, что онъ ни подъ какимъ видомъ не позволялъ себѣ сомнѣваться въ истинѣ ея словъ. Но на слѣдующее же утро его мать подала письмо отъ фермера, Арчера, со вложеніемъ другаго, отъ его сестры, которымъ она извѣщала, что ея племянница два дня тому назадъ тайно оставила ея домъ, чтобы обвѣнчаться съ мистеромъ Джиббсомъ. Сначала думали, что Сюзанъ отправилась, какъ бывало и прежде, провести день съ кузиной, но такъ какъ къ ночи она не возвратилась, то и заключили, что она рѣшилась ночевать тамъ. Слѣдующее утро, вмѣсто ея самой, принесло извѣщеніе о ея свадьбѣ.
Прочитавъ это письмо, Джорджъ сначала сознавалъ только одно чувство: совершенное невѣріе.-- Тутъ въ чемъ выбудь должна быть ошибка,-- повторялъ онъ,-- этого не могло случиться. Въ то время какъ отецъ со слезами на честныхъ глазахъ увѣщевалъ его мужаться подъ такимъ ударомъ, а негодующая мать благодарила судьбу, что счастливо отдѣлалась отъ дѣвушки, которая могла вести себя подобнымъ образомъ, Джорджъ сидѣлъ молча, какъ истуканъ. Такая измѣна казалась его прямой и простодушной натурѣ несбыточной.
Черезъ полчаса извѣстіе подтвердилось и уже болѣе не могло подлежать сомнѣнію. Джемсъ Вилькинсъ, слуга мистера Джиббса, оскаливъ зубы и важничая, вошелъ съ письмомъ къ Джорджу. Оно было отъ Сюзанъ и подписано ея новымъ именемъ.
"Я знаю, писала Сюзанъ: что въ вашихъ глазахъ мой поступокъ не извинителенъ, что вы будете ненавидѣть и презирать меня столько же, сколько любили и уважали.-- Я знаю, что поступила противъ васъ очень, очень дурно, и не смѣю просить у васъ прощенія. Я увѣрена, что вы даже не въ состояніи простить меня. Но все же прошу васъ воздержаться отъ мщенія. Оно не можетъ возвратить прошедшаго. О! Джорджъ! если вы когда нибудь любили меня, то выслушайте меня, о чемъ я буду умолять васъ. Ненавидьте и презирайте меня!-- другаго я ничего не могу ожидать;-- но не вымѣщайте моего поступка на другомъ какомъ нибудь лицѣ. Позабудьте обо мнѣ; это будетъ самое лучшее для насъ обоихъ. Еще было бы лучше, если бы мы никогда не встрѣчались".