Но незнакомецъ вперилъ глаза свои въ небо.
-- Да... сказалъ онъ, вздрагивая:-- онъ точно также свѣтилъ... также точно свѣтилъ... въ ночь убійства. Да, такъ. Онъ свѣтилъ ему прямо въ лицо... въ лицо Джиббса... Когда онъ тамъ лежалъ... онъ свѣтилъ въ его открытые глаза. Я никакъ не могъ ихъ закрыть,-- что я ни дѣлалъ; они все на меня смотрѣли. Съ тѣхъ поръ и до нынѣшняго вечера, я не видѣлъ такого мѣсяца. Я приношу вамъ повинную. Я всегда чувствовалъ, что это надо сдѣлать, и чѣмъ скорѣе, тѣмъ лучше. Лучше кончить сразу.
-- Значитъ вы убили Джиббса? Вы!
-- Да,-- я. Я былъ теперь тамъ; мнѣ хотѣлось взглянуть на то мѣсто,-- я чувствовалъ, что мнѣ должно еще разъ посмотрѣть на него, и я видѣлъ его глаза также ясно, какъ вижу васъ,-- открытые, а мѣсяцъ такъ и свѣтитъ въ нихъ. О, какое ужасное зрѣлище!
-- Вы, кажется, очень разстроены, нездоровы. Можетъ быть...
-- Вы не вѣрите мнѣ. Какъ бы мнѣ хотѣлось не вѣрить самому себѣ. Но посмотрите.
Дрожавшею изсохшею рукою онъ вынулъ изъ кармана часы, именное кольцо и кошелекъ, принадлежавшіе Джиббсу, и положилъ ихъ на столъ. Мистеръ Муррей узналъ ихъ.
-- Деньги я истратилъ,-- слабымъ голосомъ сказалъ неизвѣстный.-- Ихъ и всего-то было нѣсколько шиллинговъ,-- а я тогда очень нуждался. Сказавъ это, онъ опустился на стулъ съ страшнымъ стономъ.
Мистеръ Муррей подалъ ему стаканъ воды съ виномъ. Продолжая смотрѣть на луну своими впалыми глазами, и съ безпрестанно повторявшеюся дрожью, неизвѣстный съ разстановкой произнесъ слѣдующее признаніе:
Онъ и Джиббсъ когда-то вмѣстѣ занимались весьма нечистыми денежными спекуляціями, которыя кончились его разореніемъ. Находясь въ крайней нуждѣ, онъ согласился, за значительное вознагражденіе, помочь Джиббсу овладѣть невѣстой Джорджа... Когда Сюзанъ и Джорджъ разстались на двѣ недѣли до предполагаемой свадьбы, оба сообщника поѣхали вслѣдъ за ней въ Ормистонъ и, пріютись въ глухой части города, слѣдили за всѣми ея движеніями. Узнавъ, что Сюзанъ должна провести день у кузины, они подговорили одну женщину, такую же гадкую, какъ и сами, встрѣтить Сюзанъ на дорогѣ и сообщить ей, что будто бы съ Джорджемъ Идомъ случилось несчастіе на желѣзной дорогѣ, что онъ опасно раненъ, и что можетъ быть ему остается жить нѣсколько часовъ. Пораженная такимъ извѣстіемъ, бѣдная дѣвушка поспѣшила за женщиной, и безъ малѣйшаго подозрѣнія вошла въ уединенный домъ на самомъ краю города, и очутилась въ присутствіи Джиббса и Вильямса, которые въ ту же минуту, замкнувъ дверь, объявили ей, что употребили эту хитрость собственно съ тою цѣлью, чтобы Джиббсъ имѣлъ возможность овладѣть ею. Онъ сказалъ Сюзанъ, что она теперь находилась въ такомъ мѣстѣ, гдѣ на крики ея никто не обратитъ вниманія, даже если бы они и были услышаны, откуда ей невозможно будетъ вырваться, и что ее не оставятъ въ покоѣ ни днемъ, ни ночью, ни они сами, ни ихъ сообщники, пока она не согласится сдѣлаться женою Джиббса. Джиббсъ прибавилъ съ страшнымъ проклятіемъ, что если бракъ ея съ Джорджемъ состоится, то онъ застрѣлитъ его на пути изъ-подъ вѣнца.