Ночь была звѣздная. Запруда и плотина находились въ двухъ миляхъ отъ того мѣста, къ которому юноши ходили смотрѣть штормъ. Въ этомъ мѣстѣ не искали тѣла Эдвина потому что въ ночь подъ Рождество былъ сильный отливъ и приливъ и что въ обоихъ случаяхъ -- и при приливѣ, и при отливѣ, надо было искать утонувшаго ниже по рѣкѣ, ближе къ морю. Вода падала черезъ плотину, издавая при этомъ обычный монотонный шумъ, но при свѣтѣ звѣздъ въ эту холодную ночь этотъ шумъ почему-то казался мистеру Криспарклю, какъ и вся мѣстность, необыкновеннымъ.
Онъ сталъ разсуждать: Что это такое? Гдѣ это? Нужно ли убѣдиться въ чемъ-то и какія чувства его испытываютъ все это?
Но ни одно изъ его пяти чувствъ не находило въ окружающемъ ничего необыкновеннаго.
Онъ сталъ прислушиваться, но его слухъ не могъ различить ничего, кромѣ монотоннаго шума падающей черезъ плотину воды.
Зная хорошо, что необыкновенное состояніе, въ которомъ находилась его душа, могло придать окружающему не соотвѣтствующій дѣйствительности видъ, онъ, не будучи въ состояніи уловить что-либо необычное при помощи слуха, сталъ пристально осматривать все окружающее. Онъ подошелъ даже къ самой плотинѣ и оглядѣлъ столбы и шесты. Но нигдѣ, рѣшительно нигдѣ не было видно ничего необыкновеннаго. Тогда онъ пришелъ къ заключенію, что надо вернуться сюда рано утромъ.
Всю ночь ему снилась плотина. Рано утромъ онъ уже былъ опять на рѣкѣ. Стоялъ ясный морозный день. Съ того мѣста, гдѣ онъ остановился вчера, можно было разсмотрѣть все окружающее до мелочей. Онъ нѣсколько минутъ смотрѣлъ на окружающіе его предметы, какъ вдругъ, какъ разъ въ то время, когда онъ хотѣлъ отвернуться въ другую сторону, глаза его замѣтили что-то.
Онъ повернулся спиной къ плотинѣ, посмотрѣлъ на небо, потомъ на землю, и опять сталъ смотрѣть на привлекшій его вниманіе предметъ. Въ одномъ мѣстѣ пруда, огороженномъ шестами, что-то отливало на поверхности воды, но это была не вода, и не игра солнца въ водѣ. То было что-то другое.
Убѣдившись, что онъ не галлюцинируетъ, мистеръ Криспаркль быстро раздѣлся, бросился въ холодную воду и поплылъ по направленію къ привлекшему его вниманіе предмету. Это оказались часы, запутавшіеся цѣпочкой за одинъ изъ шестовъ. На часахъ были буквы: Э. Д.
Снявъ часы, мистеръ Криспаркль вышелъ опять на берегъ, положилъ часы на землю и снова бросился въ воду. Онъ зналъ это мѣсто рѣки и сталъ нырять и нырять безъ конца, пока у него хватило силъ. Онъ разсчитывалъ найти тѣло Эдвина. Однако, всѣ поиски его въ этомъ отношеніи оказались тщетными. Впрочемъ, въ тинѣ онъ нашелъ и вытащилъ золотую булавку для галстуха.
Онъ вернулся въ городъ со своими находками, и, взявъ съ собою Невиля, отправился къ мэру. Былъ вызванъ также мистеръ Джасперъ, который удостовѣрилъ, что часы и булавка дѣйствительно принадлежали Эдвину. Невиля арестовали, и вокругъ его имени сложились самыя невѣроятныя и злыя сплетни. Одни говорили, что если онъ не совершаетъ убійствъ ежедневно, то только потому, что у него есть сестра, которая имѣетъ на него большое вліяніе. Другіе разсказывали, что до своего пріѣзда въ Англію изъ той дикой страны, гдѣ онъ жилъ ранѣе, онъ засѣкъ до смерти нѣсколькихъ "туземцевъ" -- кочевниковъ.