-- Такъ вотъ, еслибъ не это краснорѣчіе, то я не задалъ бы вамъ того вопроса, который хочу задать. Скажите, мистеръ Эдвинъ Друдъ... я, кажется, вѣрно называю его...
-- Да.
-- Онъ занимается или занимался съ вами?
-- Никогда, мистеръ Невиль. Онъ пріѣхалъ къ своему родственнику, мистеру Джасперу.
-- Миссъ Будъ тоже его родственница.
"Зачѣмъ онъ спрашиваетъ меня объ этомъ?" -- думаетъ мистеръ Криспаркль, стараясь понять побужденіе юноши и затѣмъ объясняетъ ему все, что ему самому извѣстно объ отношеніяхъ Эдвина къ Розѣ.
-- А, вотъ что!-- говоритъ Невиль. Ну, теперь я понимаю, откуда у него этотъ видъ собственника!
Послѣднія слова вырвались у Невиля совершенно невольно и, конечно, не предназначались для ушей мистера Криспаркля. Обратить на нихъ вниманіе, значило-бы почти то-же, что прочесть изъ за спины чужое письмо.
Черезъ нѣсколько минутъ послѣ этого разговора Криспаркль и Невиль входили въ домъ.
Въ гостиной за роялемъ сидѣлъ мистеръ Джасперъ и аккомпанировалъ миссъ Розѣ, которая пѣла. Такъ какъ мистеръ Джасперъ аккомпанировалъ безъ нотъ, а Роза была легкомысленнымъ и невнимательнымъ созданіемъ, которое постоянно сбивалось съ такта, то, вполнѣ естественно, что онъ очень внимательно слѣдилъ глазами за ртомъ пѣвицы, время отъ времени давая ей вѣрный тонъ. Около рояля, обнявъ Розу, стояла Елена, но глаза ея устремлены были не на Розу, а на Джаспера. При входѣ Невиля она обмѣнялась съ нимъ многозначительнымъ взглядомъ, въ которомъ, какъ показалось мистеру Криспарклю, братъ съ сестрой выразили другъ другу все, что имъ хотѣлось. Послѣ этого, Невиль всталъ около рояля противъ Розы и, восторженно глядя на нее, погрузился въ ея пѣніе. Мистеръ Криспаркль сѣлъ рядомъ съ матерью. Что касается Эдвина, то онъ галантно подсѣлъ къ миссъ Тиникльтонъ и занимался тѣмъ, что открывалъ и закрывалъ ея вѣеръ, между тѣмъ какъ сама миссъ, подобно Тону, соборному сторожу, или-же подобно импрессаріо, съ достоинствомъ и не безъ гордости за свое учебное заведеніе слушала пѣніе Розы.