-- "Фунты, шиллинги и пенсы",-- продолжалъ онъ,-- такова моя слѣдующая запись. Конечно, это скучный предметъ для молодой дѣвушки, но, все-таки, предметъ необходимый. Жизнь -- это фунты, шиллинги и пенсы. Смерть... Внезапное воспоминаніе о смерти обоихъ родителей Розы, казалось, смутило его, и онъ заговорилъ болѣе мягкимъ тономъ: -- Смерть не есть фунты, шиллинги и пенсы.
Голосъ мистера Груджіуса былъ вообще говоря такой-же сухой и жесткій, какъ и онъ самъ. Но теперь, несмотря на его ограниченную выразительность, онъ казался болѣе добрымъ, чѣмъ обыкновенно. И если-бы природа закончила его, на его лицѣ непремѣнно появилась бы добрая улыбка. Но такъ какъ шишки на его лбу не расходились и его лицо было такое, что не поддавалось никакой экспрессіи, то что-же могъ сдѣлать бѣдняга!
-- "Фунты, шиллинги и пенсы". Вы все еще находите, дорогая, что денегъ, которые я даю вамъ, достаточно для васъ?
Роза ничего не желала и не имѣла никакихъ нуждъ.
-- А у васъ нѣтъ долговъ?
Роза засмѣялась при мысли, что у нея могутъ быть долги. Ей, при ея неопытности, казалось, что имѣть долги можно только въ воображеніи. Мистеръ Груджіусъ пристально посмотрѣлъ на нее, чтобы увѣриться, что она дѣйствительно такъ думаетъ.-- А!-- сказалъ онъ бросая бѣглый взоръ въ сторону миссъ Твинкльтонъ и зачеркивая свою замѣтку о "Фунтахъ, шиллингахъ и пенсахъ".-- Я же говорилъ, что нахожусь среди ангеловъ!
Роза чувствовала, въ чемъ должна была заключаться третья замѣтка записной книжки мистера Груджіуса, а потому краснѣла и смущенно оправляла свое платье.
-- "Замужество"... Гм!..-- Мистеръ Груджіусъ провелъ рукой по всему своему лицу, отъ лба до рта и, приблизивъ свое кресло къ Розѣ, началъ болѣе конфиденціальнымъ тономъ:
-- Теперь я затрогиваю, дорогая, тотъ пунктъ, который и заставилъ меня обезпокоить васъ моимъ визитомъ. При другихъ обстоятельствахъ я, какъ очень неуклюжій человѣкъ, и не рѣшился бы пріѣхать сюда. Только въ крайнемъ случаѣ я рѣшаюсь показываться въ обществѣ, къ которому я совершенно не подхожу. Я чувствую себя въ такихъ случаяхъ такъ, какъ медвѣдь чувствовалъ бы себя, будучи участникомъ веселаго котильона.
Его неуклюжій и неловкій видъ до такой степени соотвѣтствовалъ сдѣланному имъ сравненію, что Роза отъ души засмѣялась.