Съ этими словами, онъ указалъ на Пексниффа съ невыразимымъ презрѣніемъ, надѣлъ шляпу и вышелъ изъ дома. Онъ шелъ тактъ скоро, что уже выходилъ изъ деревни, какъ вдругъ услышалъ, что Пинчъ зоветъ его. Оглянувшись, онъ увидѣлъ, что Томъ, запыхавшись, бѣжитъ къ нему.
-- Ну, что еще?-- спросилъ Мартинъ.
-- Ахъ, Боже мой! Боже мой!-- кричалъ Томъ.-- Вы уходите?
-- Да, ухожу!
-- Но вы уходите теперь... въ эту ужасную погоду... пѣшкомъ... безъ платья... безъ денегъ?
-- Да,-- сурово отвѣчалъ Мартинъ.
-- Но куда? О, куда вы идете?
-- Не знаю.-- Или нѣтъ, знаю; я ѣду въ Америку.
-- Нѣтъ, нѣтъ! Обдумайте напередъ хорошенько! Не ѣздите въ Америку!
-- Я рѣшился -- ѣду въ Америку! Богъ съ вами, Пинчъ! Прощайте!