Они прошли съ милю по красивой улицѣ, называемой Broadway, а потомъ, своротивъ въ одну изъ несчетнаго множества боковыхъ улицъ, остановились передъ весьма простымъ домикомъ, съ крыльцомъ, передъ зеленою дверью, на которой была прибита металлическая дощечка съ надписью "Покинсъ".
Полковникъ постучался у этого дома съ видомъ человѣка, который въ немъ живетъ; ирландская служанка выглянула изъ окна.
-- Майоръ тутъ?-- спросилъ входя полковникъ.
-- То-есть баринъ, сударь?-- возразила служанка съ нерѣшимостью, обнаруживавшею, что тамъ, вѣроятно, цѣлая тьма майоровъ.
-- Баринъ!-- воскликнулъ полковникъ Дайверъ, взглянувъ на своего военнаго корреспондента.
-- О, унизительныя постановленія этой Британіи!-- отвѣчалъ тотъ.-- Баринъ!..
-- Что жъ такое въ этомъ словѣ?-- спросилъ Мартинъ.
-- Я бы желалъ никогда не слышать его въ своемъ отечествѣ, сударь,-- вотъ и все,-- сказалъ Джефферсонъ.-- Здѣсь нѣтъ господъ.
-- Только хозяева, не правда ли?-- сказалъ Мартинъ.
Мистеръ Джефферсонъ Бриккъ послѣдовалъ за издателемъ журнала "Буявъ", не отвѣчая ни слова.