-- Королева Викторія не трепещетъ въ своихъ царственныхъ башмакахъ при мысли о завтрашнемъ днѣ? Нѣтъ?
-- Я этого не слыхалъ. Да и почему бы?
-- Ее не проберетъ морозъ, когда она уразумѣетъ то, что здѣсь происходитъ? Нѣтъ?
-- Я полагаю, что могу присягнуть въ противномъ.
Странный джентльменъ смотрѣлъ на Мартина, какъ будто соболѣзнуя о его невѣжествѣ и предразсудкахъ, потомъ проговорилъ:
-- Ну, сударь, вотъ что я вамъ скажу. Въ Соединенныхъ Штатахъ по волѣ всемогущаго Бога нѣтъ ни одной машины съ лопнувшимъ котломъ, которая бы должна была ожидать себѣ такимъ бѣдъ, какъ королева Викторія въ своемъ роскошномъ жилищѣ въ Лондонской Башнѣ, когда она прочтетъ слѣдующее прибавленіе къ "Ватертостской Газетѣ".
Нѣсколько другихъ джентльменовъ встало съ своихъ мѣстъ и окружило оратора, котораго рѣчь, повидимому, всѣмъ очень понравилась. Одинъ тощій джентльменъ, въ длинномъ бѣломъ жилетѣ и долгополомъ черномъ сюртукѣ, счелъ обязаностью выразить чувства присутствующихъ.
-- Мистеръ Лафайетъ Кеттль?-- сказалъ онъ, снимая шляпу.
-- Тш, тш!-- раздалось со всѣхъ стороны
-- Мистеръ Лафайетъ Кеттль, сэръ?