-- Это справедливо,-- пробормоталъ старикъ.
-- Сверхъ того,-- продолжалъ Пексниффъ, наблюдая за производимымъ имъ впечатлѣніемъ:-- вамъ должно быть ясно, что еслибъ я и хотѣлъ вкрасться въ ваше доброе мнѣніе, то прежде всего ужъ конечно не адресовался бы къ вамъ, какъ къ родственнику, зная напередъ, что одинъ этотъ титулъ былъ бы для меня худшимъ рекомендательнымъ словомъ.
Мартинъ не отвѣчалъ ни слова, но повидимому соглашался съ нимъ.
-- Нѣтъ,-- продолжалъ Пексниффъ, держа руку за пазухою, какъ-будто готовясь вынуть оттуда свое сердце по первому востребованію на разсмотрѣніе Мартина Чодзльвита:-- нѣтъ, я пришелъ предложить свои услуги человѣку, совершенно мнѣ чуждому, и не навязываюсь вамъ съ ними теперь, потому что знаю, что вы мнѣ не повѣрите. Видя васъ на этой кровати, я смотрю на васъ какъ на чужого и интересуюсь вами не болѣе того, какъ интересовался бы человѣкомъ совершенно мнѣ постороннимъ, который находился бы въ вашемъ теперешнемъ положеніи. А для васъ, мистеръ Чодзльвитъ, человѣкъ столько же посторонній, сколько вы для меня.
Сказавъ это, мистеръ Пексниффъ откинулся на спинку кресла, лицо его блистало такою святою радостью и кротостью, что мисстриссъ Люпенъ удивлялась, не видя вокругъ его головы сіянія.
Настало продолжительное молчаніе. Старикъ съ усиливавшимся безпокойствомъ нѣсколько разъ ворочался съ боку на бокъ; мистриссъ Люпенъ и Мери молча глядѣли на кровать, а Пексниффъ, прищурясь, поигрывалъ своимъ лорнетомъ.
-- Что?...-- воскликнулъ онъ наконецъ, взглянувъ на кровать.-- Извините, мнѣ показалось, что вы что то сказали, мистриссъ Люпенъ,-- продолжалъ онъ, медленно подымаясь.-- Я, кажется, больше ненуженъ; джентльмену этому лучше, и вы сами можете за нимъ ухаживать. А?
Этотъ второй вопросительный знакъ былъ вызванъ новою перемѣною положенія старика, обернувшагося лицомъ къ Пексниффу въ первый разъ послѣ того, какъ онъ отъ него отворотился.
-- Если вы желаете что-нибудь сказать мнѣ, прежде, нежели я уйду, я къ вашимъ услугамъ; но я долженъ требовать напередъ, чтобы вы обращались ко мнѣ, какъ къ человѣку постороннему, совершенно постороннему.
Чодзльвитъ посмотрѣлъ на него, потомъ, сдѣлавъ знакъ своей молодой спутницѣ удалиться, что она тотчасъ же и выполнила вмѣстѣ съ хозяйкою, и онъ остался глазъ на глазъ съ Пексниффомъ. Долго они смотрѣли другъ на друга; наконецъ, старикъ прервалъ молчаніе.