-- Незнакомые!-- воскликнулъ онъ.
-- Совершенно такъ,-- отвѣчалъ Маркъ.-- Какъ вы поживаете, сударь?
-- Лихорадка совсѣмъ одолѣла меня,-- сказалъ онъ слабымъ голосомъ.-- Я уже нѣсколько недѣль не стоялъ на ногахъ. Это ваше?-- спросилъ онъ, указывая на вещи новоприбывшихъ.
-- Да, сударь, наше,-- отвѣчалъ Маркъ.-- Не можете ли вы указать на кого нибудь, кто бы помогъ намъ перенести вещи въ... въ городъ?
-- Старшій сынъ мой сдѣлалъ бы это, еслибъ могъ; но онъ теперь трясется въ лихорадочномъ ознобѣ и лежитъ завернутый въ одѣяла. А младшій умеръ на прошлой недѣлѣ.
-- Отъ души сожалѣю объ отомъ, сэръ губернаторъ,-- сказалъ Маркъ, пожавъ ему руку.-- Не безпокойтесь о насъ. Пойдемъ-ка со мною, я возьму тебя подъ руку. Вещи наши здѣсь въ безопасности, сударь,-- продолжалъ онъ, обратясь къ Мартину:-- кажется, здѣсь не кому завладѣть ими. Утѣшительно!
-- Нѣтъ,-- вскричалъ незнакомецъ, стуча палкою въ землю.-- Такихъ людей надобно искать здѣсь, или въ тѣхъ кустахъ, посѣвернѣе. Мы похоронили большую часть изъ нихъ. Остальные ушли; а тѣ, которые остались, не выходятъ изъ дома ночью.
-- Вѣроятно, ночной воздухъ нѣсколько неблагопріятенъ?
-- Онъ смертельный ядъ!
Маркъ не обнаруживалъ ни малѣйшаго неудовольствія; подавъ руку незнакомцу, онъ принялся разспрашивать его о мѣстѣ, гдѣ находится купленная ими земля. Тотъ отвѣчалъ, что она близехонько отъ его сарайчика, и что онъ на время превратилъ ихъ домъ въ хлѣбный магазинъ, но что постарается очистить его къ завтрашнему утру. Потомъ онъ прибавилъ, что недавно еще похоронилъ прежняго хозяина того мѣста своими собственными руками. Это свѣдѣніе было принято Маркомъ съ такимъ же спокойствіемъ, какъ и первое.