-- А готовъ поклясться, что не мужъ его племянницы, потому что тотъ сейчасъ только былъ здѣсь.
-- Что, вы подъ этимъ разумѣете, сударь? Что вы мнѣ разсказываете?
-- Погодите немножко!-- вскричалъ другой.-- Вы, можетъ быть, тотъ самый родственникъ, который живетъ въ здѣшней деревнѣ?
-- Да, я тотъ самый родственникъ!-- отвѣчалъ добродѣтельный человѣкъ.
-- Ваше имя Пексниффъ?
-- Такъ точно.
-- Горжусь тѣмъ, что узналъ васъ и прошу вашею извиненія,-- сказалъ усатый, коснувшись рукою шляпы и нырнувъ тою же рукою лотомъ за галстухъ, въ намѣреніи вытащить оттуда воротнички (это было однако безуспѣшно).-- Вы видите во мнѣ, сударь, человѣка близкаго къ тому джентльмену, который наверху. Погодите немного.
Сказавъ это, онъ коснулся пальцемъ кончика своего носа, какъ-будто собираясь посвятить Пексниффа въ важную тайну. Снявъ шляпу, онъ началъ рыться въ множествѣ лежавшихъ въ ней измятыхъ бумагъ, перемѣшанныхъ съ обрывками табачныхъ листьевъ, и, наконецъ, вытащило грязный конвертъ, пропитанный табачнымъ запахомъ.
-- Читайте!-- сказалъ онъ, подавая письмо Пексниффу.
-- Оно адресовано на имя эсквайра Чиви-Сляйма,-- отвѣчалъ тотъ.