Въ церкви были Томъ Пинчъ и Мери. Онъ узналъ ихъ голоса и съ первыхъ словъ понялъ, о чемъ они разсуждали. Онъ принялся слушать съ сосредоточеннымъ вниманіемъ, держа голову такъ, чтобъ при первой тревогѣ можно было нырнуть ею за высокую стѣнку скамьи.
-- Нѣтъ,-- говоритъ Томъ: -- я получилъ только одно письмо изъ Нью-Іорка. Но не тревожьтесь на этотъ счетъ, потому что, вѣроятно, они теперь въ какомъ нибудь отдаленномъ мѣстѣ, изъ котораго почта ходитъ рѣдко. Онъ даже упоминалъ, что отправляется въ одинъ отдаленный городъ -- въ Эдемъ, знаете?
-- Меня это очень тревожитъ.-- сказала, Мери.
-- О, напрасно! Правду говорятъ, что ничто не странствуетъ такъ скоро, какъ дурныя вѣсти. Будьте увѣрены, что еслибъ что нибудь приключилось Мартину, то мы знали бы объ этомъ давнымъ-давно. Я часто хотѣлъ говорить съ вами о немъ, но вы не давали мнѣ къ тому случая,-- прибавилъ онъ съ замѣшательствомъ.
-- Я иногда почти боялась, что вы можете подумать, что я вамъ не довѣряю, мистеръ Пинчъ.
-- Нѣтъ, нѣтъ, я никогда не предполагалъ этого. А если мнѣ и приходило въ голову что нибудь подобное, то я отгонялъ это отъ себя, какъ несправедливое въ отношеніи къ вамъ. Я чувствую, что для васъ должно быть щекотливо ввѣриться мнѣ; но я готовъ пожертвовать жизнью, чтобъ избавить васъ хоть отъ одного безпокойнаго дня, право, готовъ!
Бѣдный Томъ!
-- Я иногда боялся, что, можетъ быть, причиняю вамъ неудовольствіе попытками предупредить ваши желанія. Въ другихъ случаяхъ, я думалъ, что ваша собственная добоота заставляетъ васъ удаляться отъ меня.
-- Неужели?
-- Съ моей стороны, это было очень смѣшно и самонадѣянно; но я боялся, что вы считаете возможнымъ, что я... что я могу восхищаться вами слишкомъ много для моего собственнаго спокойствія, а потому вы щадили меня и отказывали себѣ въ слабой отрадѣ, которую я бы могъ вамъ доставить. Если такая мысль представлялась вамъ, не останавливайтесь на ней. Меня легко сдѣлать счастливымъ; я останусь доволенъ надолго послѣ того, какъ вы и Мартинъ меня забудете, и существо бѣдное, робкою, неловкое -- вовсе не свѣтскій человѣкъ. Вы можете думать обо мнѣ столько же, какъ о какомъ нибудь старомъ монахѣ.