-- Фипсъ еще имя не страшное,-- возразилъ Джонъ.-- Онъ ждетъ насъ къ себѣ сегодня утромъ.
-- Томъ,-- сказала Руѳь послѣ краткаго молчанія:-- можетъ быть, мистеръ Вестлокъ знаетъ больше, нежели намѣренъ намъ сообщить.
-- Право нѣтъ!-- отвѣчалъ Джонъ съ жаромъ.-- Увѣряю васъ, миссъ Пинчъ, что я знаю нисколько не больше того, что сообщилъ вамъ.
-- Но вы могли бы знать больше, еслибъ захотѣли,-- сказала Руѳь, усердно занявшись пуддингомъ.
-- Нѣтъ, право, нѣтъ. Вы поступаете очень невеликодушно, миссъ Пинчъ, что не хотите мнѣ вѣрить, тогда какъ я питаю самую неограниченную увѣренность въ томъ, что вашъ пуддингъ будетъ неподражаемъ.
Она разсмѣялась, но потомъ всѣ трое принялись обсуживать эти чудныя вѣсти какъ можно серьезнѣе. Какъ они ни разсуждали, но ясно было, что тутъ положительное обстоятельство только одно: Тому предстоитъ получать жалованья сто фунтовъ въ годъ. Томъ Пинчъ, взволнованный до нельзя, хотѣлъ идти къ мистеру Фипсу немедленно, но Вестлокъ посовѣтовалъ подождать съ часъ времени, въ продолженіе котораго Томъ принарядился какъ можно щеголеватѣе при помощи своей сестры, которая съ необыкновеннымъ искусствомъ и проворствомъ исправляла иголкою всѣ маленькія погрѣшности его костюма.
-- Томъ,-- сказалъ Вестлокъ, когда они вышли на улицу:-- я начинаю думать, что ты чей нибудь сынъ.
-- И я тоже думаю,-- отвѣчалъ Томъ спокойно.
-- То есть, кого нибудь изъ значительныхъ людей.
-- Богъ съ тобойI Отецъ мой и мать были люди вовсе незначительные.