-- Ну, облегчите мнѣ дѣло, и я вашъ! Можетъ быть, выйдетъ еще и лучше отъ того, что я не отправился сегодня утромъ. Такъ ѣхать къ Пексниффу? Когда? Говорите, когда?
-- Немедленно! Съ нимъ не должно терять времени.
-- Прекрасно! Мнѣ будетъ весело поймать этого стараго лицемѣра. Я его ненавижу. Ѣхать сегодня вечеромъ?
-- Конечно, любезнѣйшій! Вотъ что называется дѣлать дѣло! Теперь мы понимаемъ другъ друга.
-- Поѣдемъ вмѣстѣ, какъ можно важнѣе и со всѣми документами, потому что онъ лукавъ, и его не легко провести. Я его знаю! Съ нимъ надобно поступать тонко. Такъ какъ я не могу везти къ нему вашихъ комнатъ и обѣтовъ, надобно, чтобъ я привезъ васъ самихъ. Такъ ѣдемте сегодня вечеромъ?
Монтегю обнаружилъ нерѣшительность.
-- Мы уговоримся по дорогѣ,-- продолжалъ Джонсъ.-- Намъ не должно ѣхать прямо къ нему; мы отправимся куда нибудь въ другое мѣсто и своротимъ къ нему съ дороги. Я его знаю, говорю вамъ.
-- Но что, если онъ меня узнаетъ?
-- Онъ узнаетъ! Да развѣ вы не рискуете быть узнаннымъ по пятидесяти разъ въ день? Развѣ я васъ узналъ? Да кто васъ теперь узнаетъ! А еслибъ онъ и узналъ васъ, то развѣ теперешнее положеніе ваше не доказываетъ успѣха вашихъ дѣлъ? Вы сами это знаете, иначе не открылись бы мнѣ. Такъ ѣдете?
-- Извольте, если вы считаете это непремѣнно нужнымъ,-- отвѣчалъ Монтегю послѣ краткой нерѣшительности.