-- Нѣтъ, молодой человѣкъ!-- вскричалъ онъ, ударяя себя по груди и протянувъ другую руку къ своему гостю, какъ крыло, подъ которымъ онъ предлагалъ ему убѣжище.-- Нѣтъ, сударь! Разите сюда, сюда! Но не смѣйте касаться его!
-- Дѣдушка!-- вскричалъ Мартинъ.-- Выслушайте меня! Умоляю васъ, дайте мнѣ высказать!
-- Вы хотите, сударь! Вы хотите!-- возразилъ мистеръ Пексниффъ, заслоняя отъ него старика.-- Развѣ не довольно того, сударь, что вы пришли сюда, какъ разбойникъ среди бѣлаго дня: привели съ собою развратныхъ товарищей, которые заслоняютъ собою двери комнатъ и предупреждаютъ возможность свободнаго входа и выхода моимъ домашнимъ?-- Маркъ дѣйствительно занялъ эту позицію и удерживалъ ее съ непоколебимымъ спокойствіемъ.-- Но неужели вы также намѣрены поразить почтенную, престарѣлую добродѣтель? Знайте, что она не беззащитна! Я буду ея щитомъ! Нападай на меня, молодой человѣкъ! Рази, стрѣляй!
-- Пексниффъ,-- сказалъ старикъ слабымъ голосомъ.-- Успокоитесь.
-- Не могу и не хочу успокоиться!-- кричалъ мистеръ Пексниффъ.-- Почтенный другъ и благодѣтель мой! Неужели домъ мой не будетъ вамъ безопаснымъ убѣжищемъ?
-- Посторонитесь,-- сказалъ старикъ, протягивая руку:-- дайте мнѣ взглянуть но то, что и нѣкогда любилъ такъ нѣжно.
-- Вы должны его видѣть, благородный сэръ! Желаю только, чтобъ вы его видѣли. Вотъ онъ! Смотрите!
Лицо Мартина не могло не выразить негодованія и презрѣнія, которыя внушалъ ему мистеръ Пексниффъ, но онъ не удостоилъ его ни однимъ словомъ, ни взглядомъ. Мистеръ Пексниффъ сдѣлалъ шагъ въ сторону. Старикъ Мартинъ взялъ руку Мери, шепнулъ ей что то ласково, какъ будто для успокоенія, потомъ кротко отодвинулъ ее за свои кресла и пристально глядѣлъ на внука.
-- И это онъ!-- сказалъ старикъ.-- О, да, онъ! Говори, что ты хотѣлъ сказать, но не приближайся ко мнѣ
-- Въ немъ такъ тонко чувство справедливости,-- сказалъ мистеръ Пексниффъ, не обращаясь ни къ кому въ особенности:-- что онъ хочетъ выслушать даже его!