Потомъ она разсказала Мартину объ ослабленіи и дряхлости его дѣда и о томъ, какъ Пексниффъ мало по малу овладѣлъ имъ; о Томѣ Пинчѣ, о Джонсѣ; говорила ему также не мало и о немъ самомъ:-- о такихъ предметахъ любящіе бываютъ такъ же болтливы, какъ члены британскаго парламента.
Мистеръ Маркъ Тэпли возвѣстилъ опасность. Мартинъ наскоро простился съ Мери; они обмѣнялись нѣсколькими обѣтами и еще кое-чѣмъ; бѣлая ручка протянулась самому Марку, который поцѣловалъ ее съ благоговѣніемъ странствующаго рыцаря. Потомъ еще прощанья, еще поцѣлуи, и черезъ нѣсколько мгновеній Мартинъ и Маркъ стояли снова за дверьми жилища знаменитаго архитектора.
-- Короткое свиданіе послѣ такой разлуки!-- сказалъ Мартинъ съ грустью.-- Но, оставаясь дольше, мы могли бы очутиться въ непріятномъ положеніи.
-- О насъ еще нечего думать, сударь. А другая особа очутилась бы въ непріятномъ положеніи, вотъ что было бы хуже. У меня дверь была готова, и еслибъ мистеръ Пексниффъ показалъ голову, то я сплюснулъ бы ее, какъ грецкій орѣхъ.
Въ это время, прошелъ мимо ихъ какой-то джентльменъ, очевидно направлявшійся къ дому Пексниффа. Услыша что произносятъ имя архитектора, онъ пріостановился и внимательно посмотрѣлъ на нихъ. Подойдя къ "Дракону", они увидѣли у крыльца дорожную карету. Прежде, чѣмъ они успѣли, войти, мистриссъ Люпенъ выбѣжала изъ дверей и, подозвавъ ихъ къ каретѣ, показала на одномъ чемоданѣ надпись: "Чодзльвитъ".
-- Это мужъ миссъ Пексниффъ,-- сказала она Мартину.-- Я не знала, въ какихъ вы отношеніяхъ съ нимъ, а потому сильно безпокоилась.
-- Мы не говорили другъ съ другомъ ни разу въ жизни, отвѣчалъ Мартинъ:-- но я не желаю съ нимъ болѣе короткаго знакомства.
-- Съ нимъ пріѣхалъ одинъ очень красивый джентльменъ,-- продолжала мистриссъ Люпенъ шопотомъ:-- у него чудеснѣйшіе усы и бакенбарды.
-- Прааво? Ну, такъ мы постараемся не встрѣчаться и съ нимъ. Посѣщеніе наше было безуспѣшно, милая мистриссъ Люпенъ, и мнѣ снова надобно отправляться въ Лондонъ.-- Съ этими словами Мартинъ въ утомленіи опустился въ кресла, стоявшія за ширмами въ буфетѣ "Дракона".
-- Ахъ, Боже мой, Боже мой!-- восклицала хозяйка.