-- Сегодняшнія хлопоты составляютъ часть нашего уговора, и это также,-- отвѣчалъ Монтегю, придвигая къ нему бумагу.
-- Это безпощадно. Давайте сюда.
Монтегю подалъ. Прождавъ нѣсколько мгновеній, какъ будто въ нерѣшимости подписать на ней свое имя, Джонсъ торопливо обмакнулъ перо и началъ писать. Но не успѣлъ онъ начать, какъ вдругъ отскочилъ отъ стола съ ужасомъ:
-- Что за дьявольщина? Это кровь!
Онъ обмакнулъ перо въ красныя чернила и приписывалъ странную важность этой пустой ошибкѣ, глядя на Монтегю, какъ будто подозрѣвая, не онъ ли сыгралъ съ нимъ такую шутку. Потомъ, взявъ другое перо и обмакнувъ его въ настоящія чернила, онъ сперва попробовалъ его на лоскуткѣ бумаги, какъ будто опасаясь, чтобъ оно опять не писало краснымъ.
-- Теперь довольно черно,-- сказалъ Джонсъ, подписавъ и подавая бумагу Монтегю.-- Прощайте!
-- Какъ! Ужъ идете?
-- Я выберусь на большую дорогу завтра утромъ, когда вы еще будете спать, а потомъ поѣду въ городъ въ утреннемъ дилижансѣ. Прощайте!
-- Вы торопитесь!
-- Мнѣ нужно сдѣлать кое-что. Прощайте!