Комнатка, въ которой онъ заперся, была внизу въ задней части дома. Она освѣщалась сверху и имѣла въ стѣнѣ дверь, выходившую въ темный коридоръ или закоулокъ, черезъ который рѣдко проходили даже днемъ. Узкій проходъ этотъ выходилъ въ сосѣднюю улицу.
Комнатка была заброшена давнымъ давно. Когда то жилъ тамъ старыя приказчикъ Чоффи, но Энтони Чодзльвитъ и сынъ посѣщали ее весьма рѣдко. Дверь, выходившая въ закоулокъ, очень давно не была отворяема никѣмъ, но ключъ отъ нея висѣлъ постоянно на гвоздѣ и весь былъ покрытъ ржавчиною. Джонсъ предвидѣлъ это и запасся скляночкою масла и перомъ, которымъ тщательно смазалъ ключъ и замокъ. Потомъ онъ пошелъ къ кровати, легъ на нее и ворочался съ боку на бокъ, чтобъ измять постель.
Поднявшись, онъ вынулъ изъ чемодана (который велѣлъ внести туда) пару толстыхъ башмаковъ и надѣлъ ихъ; потомъ надѣлъ кожаные штиблеты и пристегнулъ ихъ ремнями; наконецъ, надѣлъ какую то грубую фризовую фуфайку и войлочную шляпу; свою онъ нарочно оставилъ наверху. Одѣвшись такимъ образомъ, онъ взялъ ключъ и сѣлъ у дверей.
Свѣчи у него не было; время тянулось долго, утомительно и страшно. Звонари сосѣдней церкви изо всѣхъ силъ старались, и колокола гудѣли нестерпимо, какъ будто зная, что онъ ждетъ у дверей и будто сообщая вѣсть объ этомъ по всему городу. Неужели они не замолчатъ?..
Они умолкли, наконецъ. Настала мертвая тишина, которая была такъ страшна, какъ будто предшествовала ужасному шуму. Стукъ шаговъ за дверьми! Тамъ два человѣка, Джонсъ на ципочкахъ отошелъ назадъ, какъ будто боясь, чтобъ его не увидѣли сквозь дубовую дверь.
Люди эти прошли мимо, разговаривая (сколько онъ могъ разслышать) о скелетѣ, вырытомъ вчера изъ какой то ямы. "Такъ видишь", говорилъ одинъ другому, заворачивая за уголъ: "смертоубійство не всегда обнаруживается".
-- Тсс!
Онъ сунулъ ключъ въ скважину и повернулъ его. Дверь отворилась послѣ нѣкотораго сопротивленія. Онъ выглянулъ, вышелъ и замкнулъ дверь за собою.
Все было тихо и спокойно... Онъ побѣжалъ.