А Томъ! Какъ онъ вдругъ поблѣднѣлъ и какъ тотчасъ же вспыхнулъ!
-- Благодарность Мери присоединяется къ моей, и вотъ все, чѣмъ мы можемъ изъявить нашу признательность; но еслибъ ты зналъ, Томъ, что мы чувствуемъ, ты бы оцѣнилъ это!
А еслибъ они знали, что чувствовалъ Томъ, то, конечно, оцѣнили бы и его; но этого не знала ни одна человѣческая душа!
Томъ перемѣнилъ предметъ разговора: онъ былъ не въ силахъ выслушивать, какъ произносили ея имя, хотя въ сердцѣ его не было ни капли зависти или горечи.
Онъ спросилъ Мартина о его замыслахъ насчетъ будущаго.
-- Они состоятъ въ томъ, чтобъ составить свое счастіе, Томъ,-- отвѣчалъ Мартинъ.-- Я хочу трудиться, чтобъ жить. Я уже пытался разъ въ Лондонѣ, и мнѣ не удалось. Если ты не откажешь мнѣ въ дружескомъ совѣтѣ, то, можетъ быть, подъ твоимъ руководствомъ дѣла мои пойдутъ лучше. Я готовъ дѣлать все, Томъ, что бы то ни было, чтобъ добыть себѣ пропитаніе собственными трудами. Выше этого замыслы мои не заносятся.
Благородный Томъ. Ему горько было видѣть униженную обстоятельствами гордость своего прежняго товарища!
-- Твои замыслы не заносятся выше этого!-- воскликнулъ онъ.-- Неправда! Можешь ли ты такъ разсуждать? Они заносятся къ тому времени, когда ты будешь счастливъ съ нею; когда тебѣ придетъ возможность требовать ее; когда ты дойдешь до того, что не будешь убитъ духомъ и перестанешь считать себя бѣднымъ! Тебѣ нуженъ дружескій совѣтъ? Разумѣется, ты получишь его. Мы сейчасъ же пойдемъ къ Джону Вестлоку. Мнѣ есть еще время, такъ что мы завернемъ къ нему; ты останешься толковать съ нимъ, а я пойду въ должность. Я теперь человѣкъ должностной, Мартинъ, прибавилъ онъ съ самодовольною улыбкой:-- и время мнѣ дорого. Твои надежды не заносятся выше этого? Вздоръ! Онѣ занесутся скоро такъ высоко, что оставятъ всѣхъ насъ далеко позади. Я знаю тебя хорошо.
-- Да; но я немножко перемѣнился съ тѣхъ поръ.
-- Какіе пустяки! На что тебѣ мѣняться и прикидываться старикомъ? Пойдемъ къ Джону Вестлоку. Ступай съ нами и ты, Маркъ!