-- Что, старый пріятель!-- сказалъ Пексниффъ, глядя на Пинча съ чувствомъ.-- Вѣдь кажется, еще вчера только Томъ Пинчъ былъ мальчикомъ, а ужъ много лѣтъ прошло съ тѣхъ поръ, какъ мы съ нимъ сошлись!
Томъ Пинчъ не могъ выговоритъ ни слова. Онъ былъ такъ тронутъ, что только пожималъ руку своему учителю.
-- А между тѣмъ, мы съ Томомъ долго еще будемъ идти по одному пути, вѣрные другъ другу и исполненные надежды. Ну, ну, ну,-- прибавилъ онъ растроганнымъ голосомъ, пожавъ Пинчу локоть:-- полно толковать объ этомъ! Мартинъ, другъ мой, чтобъ ты чувствовалъ себя здѣсь совершенно какъ дома, пойдемъ со мною. Я покажу тебѣ, какъ мы живемъ и какъ тебѣ прійдется жить. Пойдемъ!
Взявъ свѣчу, онъ уже готовился выйти изъ комнаты съ своимъ молодымъ родственникомъ, какъ вдругъ остановился въ дверяхъ:
-- Ты пойдешь съ нами, Томъ Пинчъ?
Томъ не только готовъ бы былъ идти съ нимъ по комнатѣ: онъ пошелъ бы даже на явную смерть для такого человѣка!
-- Вотъ,-- сказалъ Пексниффъ, отворяя дверь:-- наша маленькая гостиная, которою мои дочери особенно гордятся; вотъ, Мартинъ,-- (отворяя другую дверь) -- комната, куда свалены мои планы и модели, все бездѣлицы! Вотъ мой портретъ, работы Спиллера, и бюстъ, работы Спокера: говорятъ, что послѣдній имѣетъ больше сходства. Вотъ книги по нашей части. Я и самъ кое-что настрочилъ, но ничего еще не издалъ. Теперь пойдемъ наверхъ. Вотъ, (отворяя еще дверь) -- моя комната: я здѣсь занимаюсь, когда семейство мое уже покоится; мнѣ говорятъ, что это вредно, да что жъ дѣлать? Ars longa, vita brevis. Здѣсь ты можешь найти все въ готовности для набрасыванія идей и замѣчаній.
Послѣднія слова его пояснялись маленькимъ круглымъ столикомъ, на которомъ стояла лампа и было положено нѣсколько листовъ бумаги, карандаши и чертежный инструментъ, такъ что еслибъ какая нибудь архитектурная идея вдругъ озарила умъ его, онъ бы могъ хоть въ полночь вскочить съ постели и набросать ее на бумагу. Наконецъ, онъ пріостановился у одной двери, какъ будто не рѣшаясь вдругъ отворить ее.
-- Почему жъ нѣтъ?-- сказалъ онъ, рѣшившись наконецъ отпереть. Вотъ комната моихъ дочерей; она чиста, въ ней хорошій воздухъ. Вотъ разныя растенія, книги, цвѣты, птички. Все это бездѣлицы, которыя особенно нравятся молодымъ дѣвушкамъ. (Замѣтимъ мимоходомъ, что птичникъ состоялъ изъ одной клѣтки съ безхвостымъ воробьемъ, взятымъ на этотъ случай изъ кухни).
-- Вотъ,-- продолжалъ мистеръ Пексниффъ, отворивъ настежъ двери въ знаменитую, выходившую на улицу гостиную:-- вотъ комната, въ которой проявилось таки нѣсколько таланта. Здѣсь мнѣ пришла въ голову идея колокольни, которая со временемъ будетъ выстроена. Мы работаемъ здѣсь, милый Мартинъ. Въ этой комнатѣ образовалось нѣсколько архитекторовъ,-- не такъ ли, Пинчъ?