-- Я такъ хочу.
-- Нѣтъ, нѣтъ, я не могу этого допустить.
-- Но не можете и запретить.
-- Не могу запретить?
-- Разумѣется; я и то уже думалъ нанять для васъ кэбъ, когда шелъ сюда, да побоялся, что вы не готовы. Я много кой о чемъ думаю -- этого никто не можетъ мнѣ запретить.
-- Конечно, конечно; вы правы, мистеръ Ногсъ. Наши мысли свободны, какъ воздухъ. Разумѣется, никто не можетъ запретить человѣку думать о чемъ ему угодно.
-- Однако, есть люди, которые хотѣли бы запретить даже это, еслибъ могли,-- пробормоталъ Ньюмэнъ.
-- Да, да, безъ сомнѣнія, мистеръ Ногсъ, есть люди... есть люди, которые... гм!... А какъ поживаетъ вашъ хозяинъ?
Ньюмэнъ бросилъ многозначительный взглядъ на Кэтъ и отвѣчалъ, что хозяинъ здоровъ и шлетъ имъ свой привѣтъ, причемъ какъ-то особенно подчеркнулъ послѣднее слово.
-- Ахъ, мы такъ много ему обязаны!-- вздохнула мистриссъ Никкльби.