-- Какъ хочешь.-- сказалъ ласково Николай.-- О чемъ же мы будемъ съ тобой говорить?
-- Вотъ о чемъ. И знаю, что вы несчастны. Я принесъ вамъ съ собой заботы и горе. Я долженъ былъ это предвидѣть и не соглашаться ѣхать съ вами, но мнѣ въ то время не пришло это въ голову, иначе я бы остался. Вы, вы человѣкъ небогатый, вамъ и на себя не хватаетъ, и я здѣсь лишній. Вы съ каждымъ днемъ худѣете,-- продолжалъ бѣдный парень, робко положивъ руку на плечо Николаю,-- щеки у васъ поблѣднѣли, глаза ввалились. Я не могу васъ видѣть такимъ и не могу отдѣлаться отъ мысли, что я для васъ -- обуза. Я хотѣлъ было сегодня уйти, да вспомнилъ ваше доброе лицо и... не хватило духу. Не могу я съ вами разстаться, ни слова не сказавъ вамъ на прощанье.
Бѣдняга не могъ продолжать: голосъ ему измѣнилъ и изъ глазъ брызнули слезы.
Николай нѣжно обнялъ его.
-- Если когда-нибудь между нами будетъ произнесено слова разлуки, знай, Смайкъ, не я его произнесу,--сказалъ онъ горячо.-- Я не пущу тебя ни за какія блага въ мірѣ. Ты моя единственная опора и отрада. Мысль о тебѣ поддерживала меня въ моихъ сегодняшнихъ передрягахъ и будетъ поддерживать всегда, хотя бы меня ожидали впереди испытанія во сто разъ горше. Дай мнѣ твою руку, мое сердце прилѣпилось къ тебѣ. Дня черезъ три мы вдвоемъ уѣдемъ изъ этого города. Я бѣденъ, ты говоришь? Ну, что же, пусть бѣдность давитъ меня, ты мнѣ ее облегчишь; будемъ бѣдствовать вмѣстѣ.
ГЛАВА XXI.
Г-жа Манталини оказывается въ затруднительномъ положеніи, а миссъ Никкльби -- внѣ всякаго положенія.
Волненія, которыя пережила Кетъ Никкльби въ день обѣда у Ральфа, не прошли для нея даромъ: она захворала и цѣлыхъ три дня была не въ состояніи отправлять свои обязанности въ мастерской. Но на четвертый день она въ урочный часъ вышла изъ дому и направилась нетвердой походила къ храму модъ, въ которомъ безраздѣльно царила г-жа Манталини.
Злостныя чувства миссъ Нэгъ за этотъ промежутокъ времени не утратили, очевидно, ни капли своего яда: дѣвицы продолжали все такъ же добросовѣстно сторониться товарки, попавшей въ опалу къ начальницѣ, и когда пять минутъ спустя появилась сама эта примѣрная леди, она не дала себѣ ни малѣйшаго труда скрыть то неудовольствіе, какое доставило ей возвращеніе Нэгъ.
-- Это ни на что не похоже!-- заявила миссъ Нэгъ своимъ сателлитамъ, когда тѣ обступили ее съ предложеніемъ своихъ услугъ помочь ей раздѣться.-- Я думала, у нѣкоторыхъ особь хватитъ такта удалиться со сцены, разъ онѣ знаютъ, какъ непріятно ихъ присутствіе порядочнымъ людямъ. Но я ошиблась. Что дѣлать? Таковъ ужъ видно грѣшный нашъ свѣтъ.