-- Петля? Какая петля?-- заревѣлъ мистеръ Лилливикъ.-- Кто смѣетъ, говоря со мной, соединять въ одно понятіе петлю и Генріетту Пето...
-- Лилливикъ,-- поправилъ мистеръ Кромльсъ.
-- И Генріетту Лилливикъ,-- повторилъ сборщикъ пошлинъ.-- Въ этомъ домѣ, въ присутствіи почтенныхъ хозяевъ, выростившихъ талантливую и добродѣтельную семью -- семью феноменовъ и не знаю кого тамъ еще,-- на радость себѣ и другимъ,-- въ этомъ домѣ говорить о какихъ-то петляхъ! Да что же это такое, наконецъ.
-- Фолэръ,-- сказалъ мистеръ Кромльсъ, считая приличнымъ растрогаться при этомъ лестномъ намекѣ на него и его дражайшую половину,-- Фолэръ, вы меня удивляете!
-- Господи, да за что вы всѣ на меня напали!-- оправдывался несчастный актеръ.-- Что я такого сдѣлалъ?
-- Что вы сдѣлали, сэръ?-- закричалъ мистеръ Лилливикъ.-- Вы пытались подорвать общественные устои...
-- И осмѣять лучшія и нѣжнѣйшія изъ человѣческихъ чувствъ,-- добавилъ Кромльсъ, возвращаясь къ своей роли отца.
-- И набросить тѣнь презрѣнія на самыя прочныя и священныя соціальныя узы,-- докончилъ сборщикъ пошлинъ.-- Петли! Точно меня схватили за шиворотъ или поймали за ногу въ силокъ и женили насильно, а не самъ я женился по собственной своей свободной волѣ и гордясь своимъ поступкомъ!
-- Я вовсе не хотѣлъ сказать, что васъ схватили за шиворотъ или поймали за ногу въ силокъ,--проговорилъ сконфуженный актеръ.-- Я очень жалѣю, что такъ вышло.
-- Вы и должны жалѣть, сэръ,-- отрѣзалъ мистеръ Лилливикъ.-- Очень радъ, что у васъ хватило совѣсти почувствовать свою вину.