-- Каково! Да какъ же могло это быть, когда ты, не стѣсняясь, заняла своей персоной почти всю карету?-- возразила, смѣясь, ея подруга.
-- Послушай, Тильда,-- заговорила съ апломбомъ миссъ Сквирсъ,-- прошу тебя не спорить. Когда я говорю, что ты меня толкала, значитъ толкала, и не старайся убѣдить меня въ противномъ. Очень можетъ быть, что ты это дѣлала безсознательно, вѣдь ты такъ крѣпко спала; я же глазъ не сомкнула всю ночь и потому, надѣюсь, мнѣ можно скорѣе повѣрить.
Отчитавъ такимъ образомъ любимую подругу, миссъ Сквирсъ принялась оправлять свою шляпку, по совершенно безуспѣшно, ибо никакія силы природы, ни даже полный переворотъ во вселенной, не могли ей вернуть мало-мальски благообразнаго вида. Тѣмъ не менѣе миссъ Сквирсъ видимо нашла свои костюмъ доста, точно изящнымъ и, стряхнувъ крошки бисквитовъ, запрятавшіяся въ складкахъ ея платья, величественно вышла изъ кареты, опираясь на руку Джона Броуди.
-- Эй, ты,-- крикнулъ Джонъ кучеру кэба, которому онъ приказалъ подъѣхать, упрятавъ въ него своихъ дамъ и багажъ,-- вези насъ прямешенько въ "Сарину Голову".
-- Куда?-- спросилъ кучеръ.
-- Что вы, мистеръ Броуди! Развѣ можно такъ перевирать названія! Въ "Сарацинову Голову", извозчикъ!
-- Ну, вотъ, вотъ, именно такъ, вѣдь это почти то же самое. Теперь ты знаешь, парень, куда насъ везти!
-- Теперь-то знаю,-- отвѣчалъ кучеръ сердито, захлопнувъ дверцу кэба.
-- Право, Тильда, вѣдь этакъ насъ могутъ принять здѣсь Богъ знаетъ за кого,-- заговорила миссъ Сквирсъ тономъ упрека.
-- А пусть ихъ принимаютъ, за кого хотятъ,-- отвѣчалъ ей Джонъ Броуди;-- вѣдь мы пріѣхали въ Лондонъ только затѣмъ, чтобы повеселиться, неправда ли?