Смѣшно было смотрѣть, какъ жестикулировалъ мистеръ Ногсъ и какъ мѣнялось его лицо, пока Смайкъ разсказывалъ исторію своихъ злоключеній. Прежде всего онъ вытеръ губы обратной стороной руки -- подготовительная церемонія для того, чтобы опорожнить кружку,-- но когда Смайкъ произнесъ имя Сквирса, онъ отдернулъ кружку это рта и засунулъ ее куда-то подъ мышку, выпучивъ глаза въ припадкѣ удивленія. Когда дѣло дошло до побоевъ въ каретѣ, онъ поставилъ кружку на столъ и, не въ силахъ совладать со своимъ волненіемъ, принялся бѣгать по комнатѣ своей ковыляющей походкой, время отъ времени останавливаясь, чтобы прислушаться внимательнѣе. Когда на сцену явился Джонъ Броуди, онъ медленно опустился на кресло, сталъ потирать себѣ колѣни, дѣйствуя руками все быстрѣе и быстрѣе по мѣрѣ того, какъ возрасталъ интересъ разсказа, и наконецъ залился громкимъ хохотомъ. Затѣмъ онъ спросилъ съ большимъ интересомъ, есть ли основаніи подозрѣвать, что Джонъ Броуди подрался со Сквирсомъ!
-- Нѣтъ, едва ли,-- отвѣчалъ Смайкъ.-- Я думаю, что онъ замѣтилъ мое изчезновеніе, когда я былъ уже далеко.
Ньюмэнъ съ видомъ самаго искренняго огорченія почесалъ себѣ голову, поднесъ къ губамъ кружку и принялся смаковать ея содержимое, кровожадно улыбаясь изъ-за ея краевъ.
-- Вы останетесь здѣсь... вы устали, измучились... А я пойду къ нимъ сообщить о вашемъ возвращеніи. Вы причинили имъ не. мало безпокойства. Мистеръ Николай...
-- Да благословитъ его Богъ!
-- Аминь. Мистеръ Николай, говорю я, не имѣлъ ни минутки спокойной весь день, точно такъ же какъ старая леди и миссъ Никкльби.
-- Нѣтъ, нѣтъ! Неужели и она думала обо мнѣ? Неужели думала? она, она! Не говорите мнѣ этого, если это неправда!
-- Конечно, правда. Она такъ же добра, какъ и прекрасна собой,-- сказалъ Ньюмэнъ.
-- Да, да, вы правы!-- съ восторгомъ подхватилъ Смайкъ.
-- Такъ граціозна, такъ мила!