-- Совершенные пустяки!-- отвѣчалъ тотъ.
Тутъ среди зрителей поднялся ропотъ, а самые смѣлые закричали: "Какъ пустяки?" -- "Скажите на милость, онъ называетъ это пустяками".-- "Хороши пустяки!" "Счастливчикъ, этотъ господинъ, если находитъ пустяками такую потасовку!" Истощивъ весь свой запасъ ироническихъ замѣчаній, нѣсколько человѣкъ принялись толкать Николая и другого джентльмена, главнаго участника скандала, то какъ будто нечаянно, натыкаясь и падая на нихъ, то наступая имъ на ноги.
Но такъ какъ къ подобной игрѣ число участвующихъ необязательно ограничивать опредѣленной цифрой, какъ въ нѣкоторыхъ другихъ, напримѣръ, въ карточныхъ играхъ, то Джонъ Броуди также присоединился къ играющимъ, къ величайшему ужасу своей жены. Онъ бросился въ толпу, работая кулаками направо и налѣво, причемъ смахнулъ локтемъ шапку съ головы здоровеннаго конюха, который особенно враждебно отнесся къ Николаю. Это вмѣшательство тотчасъ дало всему дѣлу другой оборотъ: многіе смѣльчаки попятились назадъ и остановились на почтительномъ разстояніи, охая отъ боли и проклиная тяжелыя лапы деревенщины, отдавившей имъ ноги.
-- Пускай только попробуетъ еще разъ,-- произнесъ джентльменъ, лежавшій до сихъ поръ на полу, поднимаясь на ноги, но совсѣмъ не для того, чтобы мстить своему обидчику, какъ это можно было предположить, а изъ боязни, чтобы Броуди какъ-нибудь нечаянно не наступилъ на него.
-- Да, я только предлагаю ему еще разъ попробовать!
-- Ну, а ты только попробуй повторить свои слова, и я разобью объ твою башку всѣ стаканы, что стоятъ вонь на томъ столѣ, за тобой,-- сказалъ молодой джентльменъ.
При этихъ словахъ одинъ изъ лакеевъ, который все это время истиралъ руки отъ удовольствія, глядя на драку, и оставался спокойнымъ, пока рѣчь шла о битвѣ головъ, всполошился и началъ упрашивать зрителей сходить за полиціей, такъ какъ тутъ пахнетъ смертоубійствомъ и онъ одинъ отвѣчаетъ за посуду и хрусталь заведенія.
-- Не стоитъ безпокоиться звать полицію,-- сказалъ молодой человѣкъ,-- я остаюсь здѣсь на всю ночь, и меня могутъ привлечь къ отвѣтственности завтра утромъ, если пожелаютъ.
-- За что вы ударили его?-- спросилъ одинъ изъ присутствующихъ.
-- Да, да, скажите, за что?-- подхватило еще нѣсколько голосовъ.