Приказаніе было тотчасъ же исполнено, послѣ чего мистриссъ Слайдерскью освѣдомилась, что заключалось въ слѣдующей бумагѣ.
-- Тутъ связка расписокъ и просроченныхъ векселей шести или восьми молодыхъ джентльменовъ,-- отвѣчалъ Сквирсъ.-- Но такъ какъ всѣ эти джентльмены -- члены парламента, то бумажонки эти ни на что не годны. Въ огонь ихъ тоже!
Бумага тѣмъ же порядкомъ отправилась въ огонь, и Пегъ повторила свой прежній вопросъ.
-- Это какъ будто бы договоръ о продажѣ права представительства въ приходѣ Нерчергъ. Сохраните эту бумагу, Слайдерсъ! Да, ради Бога, не потеряйте! Она намъ принесетъ большой доходъ, на будущемъ мартовскомъ аукціонѣ.
-- Дальше что?-- спросила Пегъ.
-- Судя по двумъ буквамъ въ концѣ, должно быть обязательство деревенскаго пастора уплатить полугодовое жалованье, то есть сорокъ фунтовъ за взятые двадцать. Припрячьте и эту бумагу, потому что, если онъ не заплатитъ, мы представимъ ее епископу. Мы вѣдь не лыкомъ шиты,-- знаемъ притчу о верблюдѣ и игольномъ ушкѣ: пасторъ, который не довольствуется положеннымъ ему окладомъ, ни подъ какимъ видомъ не попадаетъ на небо. Какъ это ни странно, однако, это такъ.
-- Что вы тамъ еще откопали!
-- Ничего,-- отвѣчалъ Сквирсъ.-- Я такъ только смотрю...
Ньюмэнъ еще разъ поднялъ свое оружіе, но Фрэнкъ быстрымъ, безшумнымъ движеніемъ снова удержалъ его руку.
-- Ну-съ, векселя... надо сохранить.. Приказъ атторнея тоже... Два поручительства,-- смотрите, не потеряйте. Отсрочка платежа... въ огонь... А! вотъ оно -- Мадлена Брэй!.. Въ день своего бракосочетанія или совершеннолѣтія вышепоименованная Мадлена Брэй... На-те жгите и это!