Вотъ какъ это случилось. Когда Ньюмэнъ Ногсъ сообщилъ братьямъ Чирибль, что Сквирсъ вернулся въ Лондонъ и что у него съ Ральфомъ происходило тайное совѣщаніе (Ньюмэнъ разсказало имъ, какъ его услали изъ дому, чтобы онъ чего-нибудь не подслушалъ), они стали слѣдить за учителемъ въ надеждѣ открыть что-нибудь, что пролило бы новый свѣтъ на подозрѣваемый заговоръ.
Но такъ какъ послѣ этого Ральфъ прервалъ всякія сношенія не только со Сквіфсомъ, но и со Сноули, они были увѣрены, что напали на ложный слѣдъ. За Сквирсомъ перестали слѣдить и, вѣроятно, такъ бы ничего и не узнали, если бы однажды вечеромъ Ньюмэнъ случайно не встрѣтилъ на улицѣ Ральфа со Сквирсомъ, о чемъ-то таинственно совѣщавшихся. Онъ пошелъ за ними слѣдомъ и къ своему великому изумленію, видѣлъ, какъ они зашли въ два, три завѣдомо воровскихъ притона -- нѣчто вродѣ игорныхъ домовъ, въ которыхъ, какъ ему было извѣстно, скрывалось нѣсколько человѣкъ несостоятельныхъ должниковъ, старыхъ знакомыхъ Ральфа. По справкамъ, наведеннымъ въ тотъ же вечеръ въ этихъ домахъ, оказалось, что они разыскивали здѣсь старуху, которая но примѣтамъ была поразительно похожа на мистриссъ Слайдерскью. Дѣло, повидимому, начинало принимать серьезный оборотъ. За учителемъ былъ снова установленъ бдительный надзоръ: обратились въ сыскную полицію; присланный оттуда агентъ поселился въ той же тавернѣ, гдѣ остановился и Сквирсъ. Этотъ агентъ вмѣстѣ съ Фрэнкомъ Чириблемь слѣдилъ за каждымъ шагомъ ничего не подозрѣвавшаго учителя до той самой минуты, когда тотъ переселился въ Ламбетъ. Какъ только мистеръ Сквирсъ здѣсь основался, полицейскій агентъ нанялъ комнату по той же улицѣ, въ домѣ насупротивъ, изъ окна которой ему не трудно было убѣдиться, что мистеръ Сквирсъ находится въ постоянныхъ сношеніяхъ съ мистриссъ Слайдерскью.
Выяснивъ этотъ фактъ, обратились къ Артуру Грайду. О покражѣ у него въ домѣ уже давно было извѣстно изъ разсказовъ сосѣдей, знавшихъ о ней съ его собственныхъ словъ, вырвавшихся у него въ первую минуту огорченія и гнѣва. Но Грайдъ не только наотрѣзъ отказался сообщить на этотъ счетъ какія-либо свѣдѣнія, но, повидимому, до такой степени испугался одной мысли о возможности ареста старухи и какихъ бы то ни было показаній противъ нея, что съ тѣхъ поръ заперся у себя въ домѣ и прервалъ всякія сношенія съ внѣшнимъ міромъ. Это затрудненіе заставило братьевъ снова обратиться къ юристу, послѣ совѣщанія съ которыхъ они пришли къ заключенію, что не даромъ Грайдъ, Ральфъ и Сквирсъ такъ боялись огласки, что, очевидно, всѣ трое принимали какое-то участіе въ пропажѣ документовъ и что тутъ-то и кроется главная суть,-- все то, что могло бы разъяснить намеки, подслушанные Ньюмэномъ насчетъ Мадлены. Рѣшено было немедленно арестовать мистриссъ Слайдерскью, пока еще документы при ней, и, если представится какая-нибудь возможность, то съ нею вмѣстѣ и Сквирса. Достали приказъ объ арестѣ, и когда все было готово, учредили надзоръ за окнами мистера Сквирса. Когда Сквирсъ потушилъ свѣчу (что, какъ имъ было извѣстно, служило сигналомъ предстоящаго визита его къ мистриссъ Слайдерскью), Фрэнкъ Чирибль и Ньюмэнъ осторожно пробрались по лѣстницѣ къ двери ея комнаты, чтобы подслушать ихъ разговоръ и въ надлежащій моментъ, подать условный знакъ полицейскому агенту. Читатель уже знаетъ, что они услышали и что произошло дальше. Ошеломленный ударомъ, Сквирсъ былъ арестованъ, и у него нашли украденные документы; затѣмъ арестовали мистриссъ Слайдерскью. Извѣстіе объ ихъ арестѣ, конечно, безъ объясненія его причины, было тотчасъ же передано Сноули, который, выговоривъ для себя напередъ полную безопасность и неприкосновенность, сознался, что вся исторія Смайка была чистѣйшимъ вымысломъ, и съ головою выдалъ Ральфа. Что касается мистера Сквирса, то въ это утро онъ былъ на допросѣ, и такъ какъ онъ не могъ сколько-нибудь удовлетворительно объяснить ни своихъ сношеній съ мистриссъ Слайдерскью, ни того, какимъ образомъ украденные документы оказались у него въ карманѣ, было рѣшено, что черезъ недѣлю онъ, вмѣстѣ съ мистриссъ Слайдерскью, будетъ преданъ суду.
Все это было изложено Ральфу со всѣми подробностями. Какое бы впечатлѣніе ни произвели на него эти свѣдѣнія, онъ, повидимому, оставался совершенно спокойнымъ, не выдавая ни однимъ движеніемъ, что онъ испуганъ или взволнованъ Онъ сидѣлъ неподвижно, пристально уставившись въ полъ и прикрывая ротъ рукой, и когда повѣствованіе было кончено, съ живостью поднялъ голову, какъ будто собираясь заговорить; но, замѣтивъ, что мистеръ Чарльзъ тоже хотѣлъ что-то сказать, онъ сейчасъ же принялъ прежнюю позу.
-- Нынче утромъ я говорилъ вамъ, мистеръ Никкльби, что я пришелъ къ вамъ изъ состраданія,-- сказалъ почтенный старикъ, положивъ руку на плечо брата.-- Насколько вы замѣшаны во всемъ этомъ и насколько васъ могутъ скомпрометировать арестованныя лица,-- вамъ лучше знать. Какъ бы то ни было, дѣлу данъ ходъ, и законъ не милуетъ негодяевъ, злоумышлявшихъ противъ несчастнаго, беззащитнаго юноши. Ни я, ни Нэдъ, ничего не можемъ сдѣлать, чтобы спасти васъ отъ возможныхъ послѣдствій судебнаго разбирательства. Единственное, что еще въ нашей власти, это во время васъ предупредить и дать вамъ возможность скрыться. Намъ не хотѣлось бы, чтобы такой старый человѣкъ, какъ вы, понесъ возмездіе за свои дѣянія отъ руки ближайшаго своего родственника; не хотѣлось бы, чтобы и онъ, подобно вамъ, могъ забыть связывающія васъ узы родства. Поэтому мы всѣ просимъ васъ (я увѣренъ, что Надъ вполнѣ со мною согласенъ, такъ же какъ и Тимъ, хоть онъ и мраченъ, какъ туча), мы всѣ просимъ васъ оставить на время Лондонъ и искать убѣжища гдѣ-нибудь въ такомъ мѣстѣ, гдѣ вы были бы въ безопасности отъ всѣхъ послѣдствій этого дурного дѣла. Я увѣренъ, что со временемъ вы раскайтесь, сэръ, и вернетесь другимъ человѣкомъ.
-- Неужели вы воображаете,-- воскликнулъ Ральфъ, срываясь съ мѣста,-- неужели вы воображаете, что со мною такъ легко сладить? Неужели вы думаете, что стоитъ вамъ только подкупить сотню сплетенъ, пустить по моимъ слѣдамъ сотню ищеекъ, сказать мнѣ сотню медовыхъ словъ, чтобы запугать меня и растрогать? Очень вамъ благодаренъ за то, что вы открыли мнѣ свои планы, по крайней мѣрѣ теперь я буду знать, какъ мнѣ дѣйствовать и чего держаться. Но вы ошиблись, жестоко ошиблись, не на такого напали, голубчики! Нѣтъ, дудки! Знайте же, я смѣюсь надъ вами и надъ вашими слащавыми рѣчами, я ненавижу васъ и презираю! Можете дѣлать со мной все, что хотите!
Съ этими словами Ральфъ бросился къ двери и выбѣжалъ вонъ. Но впереди его поджидала новая, горшая бѣда.
ГЛАВА LX.
Опасность растетъ; дѣло близится къ развязкѣ.
Вмѣсто того, чтобы идти домой, Ральфъ сѣлъ въ первый попавшійся кэбъ и велѣлъ себя вести въ полицейскую контору того участка, гдѣ былъ арестованъ Сквирсъ. Не доѣзжая конторы, онъ остановилъ кэбъ, отпустилъ кучера и остальной путь сдѣлалъ пѣшкомъ. Справившись объ учителѣ, онъ узналъ, что пришелъ какъ нельзя болѣе во время, такъ какъ ждали только кареты, за которою уже было послано, чтобы доставить мистера Сквирса въ тюрьму, какъ настоящаго джентльмена.