-- А если бы ты знала, какъ я радъ этому, Кетъ!
-- Мы просто не могли дождаться тебя,-- сказала она, я и, мама и... и Мадлена.
-- Ты, кажется, писала въ послѣднемъ письмѣ, что теперь она чувствуетъ себя хорошо?-- проговорилъ съ живостью Николай, вспыхнувъ до ушей.-- Не говорили ли братья Чирибль въ мое отсутствіе чего-нибудь насчетъ ея будущаго устройства?
-- Ни слова,-- отвѣчала Кетъ.-- Я не могу подумать безъ ужаса о томъ, что намъ придется разстаться. Не думаю, чтобы и ты этого желалъ, неправда ли, Николай?
Николай снова весь вспыхнулъ и пересѣлъ къ сестрѣ на маленькій диванчикъ у окна.
-- Еще бы, голубушка, конечно, не желалъ бы, никому другому я не признался бы въ своихъ чувствахъ, но тебѣ, Кетъ, я скажу просто и прямо: я люблю ее.
Глаза Кетъ радостно блеснули, и она уже собиралась что-то отвѣтить, но Николай положилъ ей руку на плечо и продолжалъ:
-- Никому объ этомъ ни слова, особенно ей!
-- Дорогой мой!
-- Ей въ особенности, помни! Никогда не говори ей этого, слышишь ли, никогда! Я иногда утѣшаю себя мыслью, что, можетъ быть, настанетъ время, когда я буду считать себя въ правѣ сказать ей, какъ я ее люблю. Но это время такъ далеко, такъ страшно далеко! Много воды утечетъ до тѣхъ поръ, и если даже когда-нибудь эта минута настанетъ, я буду такъ мало похожъ на себя, буду тогда такъ далекъ отъ дней моей романической юности! Хотя въ одномъ я увѣренъ: я никогда не измѣнюсь по отношенію къ ней, моя любовь никогда не охладѣетъ. Конечно, я и самъ сознаю, что подобныя мечты не болѣе какъ химера и въ минуты такого сознанія пытаюсь заглушить въ себѣ надежду, превозмочь свою страсть, чтобы не терзаться напрасно и не горѣть на медленномъ огнѣ. Видишь ли, Кетъ, съ самаго моего отъѣзда отсюда я постоянно имѣлъ передъ глазами, въ лицѣ этого бѣднаго малаго, котораго мы лишились, еще одинъ примѣръ великодушія и доброты благородныхъ братьевъ. И я рѣшился, насколько могу, быть достойнымъ этой доброты. Если прежде я еще колебался, то теперь мое рѣшеніе неизмѣнно: я исполняю свой долгъ относительно ихъ, какъ бы онъ ни былъ тяжелъ; я не позволю себѣ даже пытаться заслужить взаимность Мадлены.