-- И меня также,-- сказалъ Фрэнкъ, крѣпко ее пожимая.
Старикъ невольно подумалъ, что трудно было сыскать двухъ другихъ такихъ молодцовъ, какъ тѣ, на которыхъ онъ въ эту минуту смотрѣлъ съ восторгомъ. Нѣсколько секундъ онъ молча любовался ими и затѣмъ, присѣвъ къ своей конторкѣ, сказалъ:
-- Мнѣ хотѣлось бы всегда видѣть васъ друзьями, добрыми, падежными друзьями, и, если бы не моя увѣренность въ прочности нашей дружбы, я не знаю, хватило ли бы у меня мужества сказать вамъ то, что я собираюсь сказать. Садись, Фрэнкъ, рядомъ со мной. Мистеръ Никкльби, а вы пожалуйте вотъ сюда, по другую сторону.
Николай съ Фрэнкомъ сѣли по бокамъ брата Чарльза. Тогда онъ досталъ изъ конторки какую-то бумагу и развернулъ ее со словами:
-- Вотъ копія съ завѣщанія дѣда Мадлены съ материнской стороны; этимъ завѣщаніемъ ей назначается двѣнадцать тысячъ фунтовъ, которые и будутъ ей выданы въ день ея совершеннолѣтія или свадьбы. Кажется, первоначально старикъ, разсердившись на Мадлену, единственную его родственницу, за то, что она не захотѣла бросить отца и переѣхать къ нему, завѣщалъ эту сумму (все его состояніе) какому-то благотворительному учрежденію. Но потомъ онъ, по всей вѣроятности, пожалѣлъ о своемъ рѣшеніи, потому что черезъ три недѣли написалъ новое завѣщаніе, вотъ это самое, что у меня теперь въ рукахъ. Послѣ его смерти это завѣщаніе мошенническимъ образомъ скрыли, такъ что первое, найденное въ его бумагахъ, было предъявлено въ судъ и утверждено. Какъ только этотъ документъ попалъ въ наши руки, мы съ братомъ Нэдомъ начали хлопотать въ пользу наслѣдницы. Наши хлопоты только-что закончились съ полнымъ успѣхомъ. Подлинность завѣщанія несомнѣнна; къ тому же намъ ждалось найти свидѣтелей, и деньги намъ вернули сегодня. Такимъ образомъ, права Мадлены на наслѣдство теперь возстановлены и, какъ я уже говорилъ, въ день ея совершеннолѣтія или въ томъ случаѣ, если бы она вздумала выйти замужъ, она становится обладательницей завѣщаннаго ей капитала. Вы меня поняли?
Фрэнкъ отвѣтило утвердительно. Николай, боясь, чтобы голосъ не выдалъ его волненія, отвѣчалъ только безмолвнымъ наклоненіемъ головы.
-- Ты, Фрэикь, взялъ на себя хлопоты по этому дѣлу,-- продолжалъ мистеръ Чарльзъ.-- Состояніе Мадлены, правда, невелико; но мы съ братомъ такъ любимъ ее, что, будь оно еще скромнѣе, мы предпочли бы, чтобы ты женился на ней, а не на другой, хотя бы втрое болѣе состоятельной дѣвушкѣ. Итакъ, ставлю тебѣ вопросъ открыто и прямо: хочешь ты жениться на Мадленѣ?
-- Нѣтъ, сэръ. Когда я взялся вести ея дѣло, я уже и тогда зналъ, что она любить человѣка, который имѣетъ больше правъ на ея признательность и, если не ошибаюсь, на ея сердце, чѣмъ всякій другой. Его правъ никто не можетъ оспаривать. Боюсь быть слишкомъ торопливымъ въ своемъ сужденіи по этому вопросу, но...
-- И всегда-то ты такъ, всегда!-- съ живостью воскликнулъ братъ Чарльзъ, совершенно забывая принятую имъ на себя роль строгаго судьи.-- Какъ только могъ ты подумать, что мы съ Нэдомъ хотимъ, чтобы ты женился по разсчету, когда ты можешь жениться по любви на прелестной, доброй, милой дѣвушкѣ, представляющей истинный образецъ всѣхъ совершенствъ! Какъ ты осмѣлился ухаживать за сестрой мистера Никкльби, ни словомъ не заикнувшись намъ о своихъ намѣреніяхъ, не уполномочивъ насъ просить для тебя ея руки?
-- Но я не смѣлъ надѣяться...