-- Вашъ другъ поклялся никому не говорить о томъ, что онъ услышитъ здѣсь сегодня?
-- Да, отвѣчалъ Погъ:-- иначе я не привелъ бы его сюда.
-- Ну, такъ я начну, потому что сегодня не жду болѣе никого, произнесъ Бейнонъ и началъ длинную рѣчь на Балтійскомъ нарѣчіи.
Съ первыхъ словъ я понялъ, что вопіющую несправедливостью, противъ которой онъ возставалъ, были неправильные, гнетущіе бѣдный народъ налоги. Сдѣлавъ нѣсколько общихъ замѣчаній, онъ продолжалъ:
-- Какое право имѣетъ правительство облагать налогами такіе предметы, которые необходимы бѣдному народу, безъ которыхъ онъ не можетъ жить? И что оно дѣлаетъ съ этими деньгами? Эти люди утопаютъ въ роскоши и богатствѣ, они съѣдаютъ и выпиваютъ въ одинъ обѣдъ столько, что хватило бы на мѣсяцъ для прокормленія цѣлаго семейства бѣднаго рабочаго, они одѣваются въ самыя дорогія матеріи, мѣстныя и иностранныя. И эти-то люди не брезгаютъ послѣднимъ грошомъ бѣдняка и, не стыдясь, прибавляютъ его къ своему богатству, которое они безумно расточаютъ на себя, своихъ дѣтей и знакомыхъ. Словно нельзя найти лучшаго употребленія для нашихъ шиллинговъ и пенсовъ, выработанныхъ въ потѣ лица! Вѣроятно, знатные господа полагаютъ, что деньги, взятыя у насъ, лучше употребить на клубнику и зеленый горошекъ на Рождествѣ, чѣмъ на спасеніе бѣдствующихъ семействъ честныхъ работниковъ, но терпѣть подобную вопіющую несправедливость, друзья мои, стыдъ и позоръ!
Тутъ Бейнонъ остановился и среди его слушателей пробѣжалъ ропотъ одобренія.
Затѣмъ, онъ обтеръ лицо рукой, выпилъ глотокъ воды, и возобновилъ рѣчь. Онъ говорилъ такъ прекрасно и такъ искренно, что увлекъ всѣхъ своихъ слушателей. Мы знали, что относительно насъ онъ говорилъ правду и вѣрили, что все остальное столь же справедливо. Безспорно, что мы платили налоги, и никогда не видали обратно изъ уплаченныхъ денегъ ни одного пенса, исключая тѣхъ случаевъ, когда кончали жизнь въ богадѣльнѣ.
-- Посмотрите на заставы! воскликнулъ Бейнонъ: -- и тутъ, и тамъ, и вездѣ заставы, и у каждой заставы собираютъ деньги за проѣздъ! Идутъ эти деньги на исправленіе дорогъ? Пустяки. На заставахъ собираютъ столько денегъ, что дороги должны бы быть отличныя, еслибъ на ихъ исправленіе шли деньги, но онѣ отвратительныя; значитъ, деньги употребляются не на это. Заставочный налогъ просто одинъ изъ способовъ выжимать изъ насъ деньги, но справедливый ли это налогъ, и ложится ли онъ равномѣрно на всѣхъ? Нѣтъ, ни мало. Онъ не ложится на городскихъ жителей, а гнететъ всей своей тяжестью васъ, жителей деревень, которые должны возить на рынки произведенія своихъ фермъ и покупать тамъ необходимые для себя предметы, а по дорогѣ на рынокъ вы столько платите денегъ на заставахъ, что теряете половину барыша. И эти несправедливо взыскиваемыя деньги умножаютъ доходы правительства, увеличиваютъ богатства тѣхъ, которые уже и такъ не знаютъ, куда бросать деньги. Англія, несчастная, рабская, согбенная подъ игомъ Англія можетъ терпѣть это, если хочетъ, но она намъ не указчикъ. Въ нашихъ жилахъ течетъ не холодная кровь англичанъ. Мы сыны Валлиса, того дикаго Валлиса, который, въ старыя времена, не хотѣлъ повиноваться никому другому, кромѣ своихъ туземныхъ князей, и долго отбивалъ всѣ попытки англійскаго тирана подчинить его своему игу. Развѣ мы переродились? Нѣтъ, никогда про насъ не скажутъ, что мы недостойные потомки достойныхъ предковъ! Довольно терпѣть несправедливости и оскорбленія! Тѣни нашихъ праотцевъ поведутъ насъ къ побѣдѣ. Возстанемъ всѣ, какъ одинъ человѣкъ, и сломаемъ всѣ заставы. Пусть наши дѣйствія говорятъ за насъ, пусть они громко заявятъ, что мы не хотимъ болѣе терпѣть подобныхъ несправедливостей. Помните нашъ древній великой лозунгъ: лучше смерть, чѣмъ стыдъ, и да будетъ стыдно всякому, кто откажется помочь своей родинѣ свергнуть съ себя позорныя оковы!
Слыша эти пламенныя слова, мы всѣ вошли въ азартъ и готовы были броситься на ближайшую заставу и разнести ее въ щепы. Но время для этого еще не пришло.
-- Подождите немного, сказалъ Бейнонъ:-- пока я подговорю другихъ присоединиться къ вамъ. Много народа въ Пемброкшайрѣ и въ другихъ мѣстахъ клятвенно обязались возстать противъ этой вопіющей несправедливости, но мы должны еще болѣе увеличить наши ряды прежде, чѣмъ начать дѣло. А если мы возстанемъ слишкомъ рано, то можемъ все погубить. Будьте готовы, какъ только я вамъ скажу или пришлю сказать, что время настало, и когда всѣ заставы въ странѣ загорятся, то наши тираны увидятъ, что они зашли слишкомъ далеко и что впредь надо осторожно обращаться съ Кимврами.