Выдумка или нет -- но в моей власти и выдумку сделать истиною.
Рассудок.
Чего доброго! Мы давно привыкли удивляться чудесам вашего рукоделья.
Мода.
То ли еще увидите! Например; вы не поверите, если доложу вам с совершенною преданностью, что ваш первый трагик, Корнель, прозванный великим, был мой воспитанник!
Рассудок.
В самом деле? Имею честь вас поздравить с таким воспитанником!
Мода.
Угодно ли выслушать мои доказательства? Корнель явился в такое время, когда пожар, зажженный междоусобными войнами, или лучше сказать, мною во Франции, потухнув, еще дымился, французские головы почитали себя римскими именно потому, что были несколько времени сумасбродными. Ришелье принуждал их к повиновению -- и все повиновалось вслух, но все роптало шепотом. Что ж сделал Корнель! Он воскресил римлян, заставил их говорить на сцене тем языком, каким современники его говорили у себя дома или в кругу коротких приятелей; он все возвысил, и многое сделал гигантским. Современники его вытягивали шею и подымались на цыпочки, чтобы сравниться ростом с его великанами; прибавьте к сим тайным причинам заблуждения неоспоримые причины великого духа Корнеля, и способы, которыми он приобрел славу свою, будут вам совершенно известны.
Рассудок.