-- Нет, нет, сейчас. Ни одной минуты не стану медлить!.. Вас, друзья мои, тревожить я не буду, один поеду.
-- Но мы тебя не отпустим... Куда ты, туда и мы.
-- Спасибо, друзья, спасибо! Я верю вашей дружбе и привязанности, верю.
Вскоре же Долгоруков со своими приятелями уехал из палат Шереметевых и, несмотря на то, что была глубокая ночь, приказал везти себя к дому князя Никиты Трубецкого. Всю дорогу он был печален и наконец произнес:
-- А что, друзья мои, если слова старой цыганки и на самом деле будут вещими? Ведь многие говорят, что цыганкины предсказания сбываются. А вдруг и действительно меня ждет лютая казнь?
-- Что ты, что ты! С чего такие мысли! -- в один голос испуганно воскликнули его товарищи.
-- Кто знает... Будущее от нас закрыто непроницаемою завесой.
-- Если так, то как же цыганка может знать твою судьбу? -- успокаивая приятеля, проговорил Храпунов.
-- Да, пожалуй, и так! Ну да что!.. Чему быть, того не миновать, от своей судьбы не уйдешь, не уедешь. А теперь, друзья, давайте брать от жизни то, что она дает нам. Эй, ямщик, говорят, ты горазд песни петь. Запой веселую, а мы тебе подтянем.
И вот среди безмолвной тишины ночи громко раздалась веселая песня; звонко понеслась она по улицам Москвы и замирала где-то далеко, в беспредельном пространстве.