-- Довольно, ваше сиятельство!.. Я не ребенок, которого можно провести пустыми отрицаниями. Да наконец, я полагаю, вы прекрасно знаете всю щекотливость положения, в которое поставлено этим ваше правительство: ведь исчез не кто-нибудь, а один из представителей нашего посольства!.. Вы обещаете мне разыскать моего Генриха, вашим словам я верю и потому покидаю дворец наполовину успокоенным.
Граф Вратислав уехал, а Остерман произнес про себя: "Да, несомненно это Долгоруковы припрятали Милезимо!.. Их дело!.. Милезимо находился "в амурах" с княжной Екатериной, вот они из боязни, чтобы он не помешал им обвенчать государя с княжною, и припрятали ее прежнего милого дружка. Но так оставить это нельзя, надо принудить Долгоруковых выпустить Милезимо, иначе может разгореться большая неприятность. Надо сейчас же об этом переговорить с князем Алексеем Григорьевичем. А всего лучше я кое-что поразведаю от его дочери, сейчас же поеду к ней в Головин дворец, благо туда мне доступ есть".
Остерман поспешил к обрученной царской невесте.
Княжна Екатерина приняла его довольно сухо: она была нерасположена к Остерману.
-- Что привело вас ко мне? -- спросила она.
-- Засвидетельствовать вашему высочеству мое глубокое почтение. -- При этих словах Андрей Иванович низко поклонился княжне Екатерине, которая теперь, как царская невеста, имела титул "высочества". -- А кроме того, думал встретить здесь вашего батюшку, князя Алексея Григорьевича.
-- Отца нет... он куда-то уехал.
-- Как это жаль!.. Ведь дело-то у меня крайне важное и спешное.
-- Если не секрет, скажите.
-- От вас, ваше высочество, секретов быть не может, вы, как будущая царица, должны знать. Изволите ли видеть, ваше высочество, сейчас у меня был граф Вратислав и заявил мне, что его родич граф Милезимо до сих пор не возвращался домой с придворного бала, состоявшегося в день обручения вашего высочества, и неизвестно, где находится. -- И, сказав эти слова, Остерман пристально посмотрел на царскую невесту.