-- Если, князь, не скажешь, я не приму ларца.
Долгоруков немного подумал, а затем произнес:
-- Вот видишь ли, Маруся, твоей матери был должен один человек много-много денег. Он не мог заплатить долг при ее жизни, а теперь разбогател и поручил мне доставить тебе этот ларец, так как он по праву представляет твою собственность. Ты понимаешь меня?
-- Ровно ничего, князь, не понимаю.
-- Какая ты непонятливая!.. Этот ларец и все, что в нем, должны были принадлежать твоей матери; но она умерла, и вместо нее ты, как дочь, получаешь долг. Надеюсь, теперь ты видишь, что не вправе отказываться от ларца. Я оставлю его, а сам уеду. Теперь я долго не увижусь с тобой. Прости меня и прощай, Маруся, будь счастлива! -- ласково проговорил князь Иван, подходя близко к Марусе. -- Дозволь мне поцеловать тебя чистым, братским поцелуем.
-- Князь... -- возразила было Маруся, все еще боясь его и не веря его искренности.
-- Братским, прощальным поцелуем, Маруся! -- И князь Иван, поцеловав Марусю, направился было к двери.
-- Одно слово, князь! -- остановила его Маруся. -- Моего отца ты не знаешь?
-- Нет, не знаю, -- смущенно произнес Долгоруков, не ожидавший такого вопроса.
-- Нет, князь, ты говоришь неправду. Тебе известен мой отец, -- значительно проговорила девушка и пристально посмотрела в глаза князю Ивану.