Но он уклонился от ответа, сказав: "Прощай, Маруся! О своем отце меня не спрашивай!" -- и поспешил уйти из хибарки старой цыганки.
Он не мог и не должен был открыть Марусе тайну; сказав, кто ее отец, он должен был бы назвать Марусю своей сестрой. Но этому противились его гордость, спесь и тщеславие. Как! Он, любимец государя, родовитый князь, назовет дочь простой цыганки своей сестрой?! Сделать это было выше его сил.
Между тем Маруся не могла прийти в себя от изумления:
-- Господи, что же все это значит? Со мной такие чудеса происходят, ровно в сказке! Князь Иван из врага чуть не благодетелем моим становится! Ларец мне оставил, говорит, что кто-то должен был моей матери и уплачивает мне. Ничего не пойму!.. Посмотреть разве, что в ларце?
Девушка открыла ларец, и крик удивления вырвался из ее груди при взгляде на золотые червонцы и на дорогие вещи, сверкавшие драгоценными камнями.
-- Что ты кричишь, Маруся? Или с радости, что князя скоро спровадила? -- спросила Анютка, слезая с печи.
-- Аннушка, взгляни-ка, взгляни, что в ларце-то лежит... Видишь?
-- Батюшки светы, какое богатство! Деньги, да все золотые! А камни-то... камни блестят, ровно солнышко красное... перстни, серьги, жемчуг!.. Маруся, неужели все это тебе князь Иван Алексеевич подарил? -- воскликнула удивленная Анютка.
-- Он сказал, что это богатство по праву должно было принадлежать моей покойной матери и по наследству перешло ко мне. Чудно все это для меня!.. Ровно как в сказке какой, право.
-- Ну и приплыло же к тебе богатство, Маруся!