ПОВѢСТЬ.
I.
-- Какъ бы теперь славно съѣздить за грибами!
-- Ахъ да, Варя, дѣйствительно! Помните, въ дѣтствѣ -- какое, бывало, счастіе!
-- Да, я и теперь точно такъ же люблю эти поѣздки; попросите вашу мамашу. Она вамъ не откажетъ.
-- Пойдемте вмѣстѣ; вы поможете, а то одинъ я не ручаюсь.
Разговоръ этотъ происходилъ въ саду, въ усадьбѣ Демидовѣ, между молодымъ, только еще выпущеннымъ изъ корпуса офицеромъ и хорошенькою, лѣтъ восемнадцати, барышней, которая въ розовомъ холстинковомъ платьицѣ, съ бѣлымъ воротничкомъ на бѣлой шейкѣ, казалась почти ребёнкомъ.
Оба они подошли къ большой группѣ деревьевъ, подъ тѣнью которыхъ сидѣла въ креслахъ дама -- сама помѣщица того имѣнія, Анфиса Николаевна Озерова. Вокругъ нея на травѣ лежало, валялось и бѣгало множество дѣтей обоего пола. Нѣсколько горничныхъ женщинъ и дѣвушекъ находилось тутъ же съ работами -- кто съ шитьемъ, кто съ вязаньемъ.
-- Мамаша, обратился къ дамѣ молодой человѣкъ:-- нельзя ли съѣздить намъ за грибами?
-- Ахъ, мамаша, душечка, за грибами, за грибами! раздались всюду дѣтскіе голоса.